1. Мираж — это оп­ти­че­ское яв­ле­ние в ат­мо­сфе­ре, когда на­ря­ду с окру­жа­ю­щей об­ста­нов­кой можно уви­деть ре­аль­ную, но рас­по­ло­жен­ную вда­ле­ке кар­ти­ну. Мираж не яв­ля­ет­ся ча­стым яв­ле­ни­ем, по­сколь­ку для этого не­об­хо­ди­мы оп­ти­маль­ные для про­ек­ти­ро­ва­ния изоб­ра­же­ния усло­вия.

2. С точки зре­ния фи­зи­ки по­яв­ле­ние ми­ра­жей свя­за­но с об­ра­зо­ва­ни­ем «ат­мо­сфер­ных зер­кал». Это про­ис­хо­дит, когда один из воз­душ­ных слоев, рас­по­ло­жен­ных на­вер­ху, на­чи­на­ет от­ра­жать лучи света. Бла­го­при­ят­ным вре­ме­нем для этого может слу­жить утро, когда ат­мо­сфер­ные слои внизу еще не на­гре­лись после со­при­кос­но­ве­ния с охла­жден­ной за ночь зем­лей, а теп­лый воз­дух под­нял­ся на­верх. Один из верх­них слоев на­чи­на­ет «от­зер­ка­ли­вать» кар­ти­ны, на­хо­дя­щи­е­ся на земле, но не пер­пен­ди­ку­ляр­но вниз, а в сто­ро­ну, ино­гда на весь­ма да­ле­кое рас­сто­я­ние. Изоб­ра­же­ния могут быть до­ста­точ­но боль­ши­ми — горы, ко­раб­ли, го­ро­да.

3. Су­ще­ству­ют раз­лич­ные виды ми­ра­жей. При­чи­ны воз­ник­но­ве­ния каж­до­го из них раз­лич­ны, как и яв­ле­ния в ат­мо­сфе­ре, их вы­зы­ва­ю­щие. Рас­смот­рим их.

4. Ниж­ний, или озер­ный, мираж встре­ча­ли мно­гие люди, про­ез­жая летом на ав­то­транс­пор­те по ас­фаль­ту. Ви­зу­аль­но ка­за­лось, что впе­ре­ди до­ро­га за­ли­та водой. Ил­лю­зия рас­се­и­ва­лась по мере при­бли­же­ния. Такое же яв­ле­ние воз­ни­ка­ет на рас­ка­лен­ном песке пу­сты­ни. Это про­ис­хо­дит, когда слои воз­ду­ха у по­верх­но­сти Земли разо­гре­ты на­столь­ко, что лучи света, ис­хо­дя­щие от пред­ме­тов, силь­но ис­крив­ля­ют­ся. Опи­сав дугу у по­верх­но­сти, они идут снизу вверх.

5. При рас­по­ло­же­нии воз­душ­ных слоев оди­на­ко­вой плот­но­сти под углом или вер­ти­каль­но по­яв­ля­ет­ся бо­ко­вой мираж. Он может воз­ник­нуть как от­ра­же­ние света от разо­гре­той стены дома или от печи. Также его можно уви­деть утром на бе­ре­гу во­до­е­ма около от­вес­ных скал, когда солн­це уже по­яви­лось, но не успе­ло про­греть воду и воз­дух над ней.

6. Верх­ний мираж на­блю­да­ет­ся, когда над слоем хо­лод­но­го воз­ду­ха ока­зы­ва­ет­ся более на­гре­тая про­слой­ка. Лучи от пред­ме­тов, на­хо­дя­щих­ся на земле, на­чи­на­ют дви­гать­ся по дуге. Опи­сав ее, свет спус­ка­ет­ся вниз, но на боль­шом рас­сто­я­нии от ис­точ­ни­ка. Го­ри­зонт «при­под­ни­ма­ет­ся» и воз­ни­ка­ет мираж. Это часто на­блю­да­ет­ся над хо­лод­ной водой. При воз­ник­но­ве­нии та­ко­го яв­ле­ния можно уви­деть ко­рабль или гору, плы­ву­щие в небе.

7. Объ­ем­ный мираж яв­ля­ет­ся ви­де­ни­ем са­мо­го себя. Он воз­ни­ка­ет в горах, когда для этого есть опре­де­лен­ные усло­вия — сто­я­чие пары воды.

8. Со­че­та­ние не­сколь­ких форм вы­зы­ва­ет не­про­стое оп­ти­че­ское яв­ле­ние — фата-мор­га­на. Это наи­бо­лее слож­ный из всех видов ми­ра­жей. Пред­ме­ты, на­хо­дя­щи­е­ся вда­ле­ке, ста­но­вят­ся видны мно­го­крат­но и с рез­ки­ми ис­ка­же­ни­я­ми. Чет­ко­го объ­яс­не­ния, как об­ра­зу­ет­ся этот фе­но­мен, не су­ще­ству­ет.

1. Мираж — это оп­ти­че­ское яв­ле­ние в ат­мо­сфе­ре, когда на­ря­ду с окру­жа­ю­щей об­ста­нов­кой можно уви­деть ре­аль­ную, но рас­по­ло­жен­ную вда­ле­ке кар­ти­ну. Мираж не яв­ля­ет­ся ча­стым яв­ле­ни­ем, по­сколь­ку для этого не­об­хо­ди­мы оп­ти­маль­ные для про­ек­ти­ро­ва­ния изоб­ра­же­ния усло­вия.

2. С точки зре­ния фи­зи­ки по­яв­ле­ние ми­ра­жей свя­за­но с об­ра­зо­ва­ни­ем «ат­мо­сфер­ных зер­кал». Это про­ис­хо­дит, когда один из воз­душ­ных слоев, рас­по­ло­жен­ных на­вер­ху, на­чи­на­ет от­ра­жать лучи света. Бла­го­при­ят­ным вре­ме­нем для этого может слу­жить утро, когда ат­мо­сфер­ные слои внизу еще не на­гре­лись после со­при­кос­но­ве­ния с охла­жден­ной за ночь зем­лей, а теп­лый воз­дух под­нял­ся на­верх. Один из верх­них слоев на­чи­на­ет «от­зер­ка­ли­вать» кар­ти­ны, на­хо­дя­щи­е­ся на земле, но не пер­пен­ди­ку­ляр­но вниз, а в сто­ро­ну, ино­гда на весь­ма да­ле­кое рас­сто­я­ние. Изоб­ра­же­ния могут быть до­ста­точ­но боль­ши­ми — горы, ко­раб­ли, го­ро­да.

3. Су­ще­ству­ют раз­лич­ные виды ми­ра­жей. При­чи­ны воз­ник­но­ве­ния каж­до­го из них раз­лич­ны, как и яв­ле­ния в ат­мо­сфе­ре, их вы­зы­ва­ю­щие. Рас­смот­рим их.

4. Ниж­ний, или озер­ный, мираж встре­ча­ли мно­гие люди, про­ез­жая летом на ав­то­транс­пор­те по ас­фаль­ту. Ви­зу­аль­но ка­за­лось, что впе­ре­ди до­ро­га за­ли­та водой. Ил­лю­зия рас­се­и­ва­лась по мере при­бли­же­ния. Такое же яв­ле­ние воз­ни­ка­ет на рас­ка­лен­ном песке пу­сты­ни. Это про­ис­хо­дит, когда слои воз­ду­ха у по­верх­но­сти Земли разо­гре­ты на­столь­ко, что лучи света, ис­хо­дя­щие от пред­ме­тов, силь­но ис­крив­ля­ют­ся. Опи­сав дугу у по­верх­но­сти, они идут снизу вверх.

5. При рас­по­ло­же­нии воз­душ­ных слоев оди­на­ко­вой плот­но­сти под углом или вер­ти­каль­но по­яв­ля­ет­ся бо­ко­вой мираж. Он может воз­ник­нуть как от­ра­же­ние света от разо­гре­той стены дома или от печи. Также его можно уви­деть утром на бе­ре­гу во­до­е­ма около от­вес­ных скал, когда солн­це уже по­яви­лось, но не успе­ло про­греть воду и воз­дух над ней.

6. Верх­ний мираж на­блю­да­ет­ся, когда над слоем хо­лод­но­го воз­ду­ха ока­зы­ва­ет­ся более на­гре­тая про­слой­ка. Лучи от пред­ме­тов, на­хо­дя­щих­ся на земле, на­чи­на­ют дви­гать­ся по дуге. Опи­сав ее, свет спус­ка­ет­ся вниз, но на боль­шом рас­сто­я­нии от ис­точ­ни­ка. Го­ри­зонт «при­под­ни­ма­ет­ся» и воз­ни­ка­ет мираж. Это часто на­блю­да­ет­ся над хо­лод­ной водой. При воз­ник­но­ве­нии та­ко­го яв­ле­ния можно уви­деть ко­рабль или гору, плы­ву­щие в небе.

7. Объ­ем­ный мираж яв­ля­ет­ся ви­де­ни­ем са­мо­го себя. Он воз­ни­ка­ет в горах, когда для этого есть опре­де­лен­ные усло­вия — сто­я­чие пары воды.

8. Со­че­та­ние не­сколь­ких форм вы­зы­ва­ет не­про­стое оп­ти­че­ское яв­ле­ние — фата-мор­га­на. Это наи­бо­лее слож­ный из всех видов ми­ра­жей. Пред­ме­ты, на­хо­дя­щи­е­ся вда­ле­ке, ста­но­вят­ся видны мно­го­крат­но и с рез­ки­ми ис­ка­же­ни­я­ми. Чет­ко­го объ­яс­не­ния, как об­ра­зу­ет­ся этот фе­но­мен, не су­ще­ству­ет.

1. На­уч­ная фан­та­сти­ка яв­ля­ет­ся самым важ­ным ли­те­ра­тур­ным жан­ром, так как имен­но она «со­от­вет­ству­ет» духу вре­ме­ни... Все наи­бо­лее важ­ные про­бле­мы на­ше­го вре­ме­ни — это про­бле­мы на­уч­ной фан­та­сти­ки. Со­ставь­те для себя спи­сок таких про­блем. Я тоже со­став­лю. А те­перь срав­ним наши спис­ки.

2. Уве­рен: в этих спис­ках фи­гу­ри­ру­ет про­бле­ма вза­и­мо­дей­ствия че­ло­ве­ка и ма­ши­ны, а в связи с ней и про­бле­ма нрав­ствен­но­сти, мо­ра­ли, ко­то­рая ор­га­нич­но вы­те­ка­ет из та­ко­го вза­и­мо­дей­ствия. Ис­то­рия на­уч­ной фан­та­сти­ки — это ис­то­рия идей, ко­то­рые из­ме­ня­ли мир, но ко­то­рые сна­ча­ла были осме­я­ны и от­верг­ну­ты. По­яс­ню эту мысль.

3. Че­ло­век убе­дил­ся в том, что пред­ска­за­ния на­уч­ной фан­та­сти­ки сбы­ва­ют­ся, толь­ко когда уви­дел ма­лень­кие ме­тал­ли­че­ские звез­доч­ки, пу­те­ше­ству­ю­щие по небу с за­па­да на во­сток и впи­сы­ва­ю­щие новые витки в при­чуд­ли­вый узор Но­во­го Вре­ме­ни.

4. Все до­сти­же­ния науки и тех­ни­ки, при­нес­шие за по­след­ние пять­де­сят лет поль­зу или вред че­ло­ве­че­ству, за­дол­го до этого ро­ди­лись в го­ло­ве пи­са­те­ля-фан­та­ста.

5. На­сту­пи­ли се­рьез­ные вре­ме­на. И на­уч­ная фан­та­сти­ка осо­бен­но нужна сей­час по­то­му, что де­ла­ет по­пыт­ки изу­чить каж­дую новую ма­ши­ну за­дол­го до того, как она по­явит­ся и нач­нет раз­ру­шать или пе­ре­стра­и­вать нас и окру­жа­ю­щий мир.

6. Сей­час, когда мы почти пол­но­стью со­бра­ли уро­жай тех­ни­че­ских нов­шеств, нам не­об­хо­ди­мо вы­ра­бо­тать какие-то нормы вза­и­мо­от­но­ше­ний че­ло­ве­ка и тех­ни­ки, чтобы не ока­зать­ся не­со­сто­я­тель­ны­ми перед лицом бу­ду­ще­го.

7. Пла­тон по­ве­дал нам о своем го­су­дар­стве-мечте. Пи­са­те­ли-фан­та­сты впо­след­ствии также изоб­ра­жа­ли го­су­дар­ства стали, элек­три­че­ства и атом­ной энер­гии, ко­то­рые сде­ла­ют нас дру­ги­ми. В этом кон­крет­ном мире за­те­рян­ной в кос­мо­се Сол­неч­ной си­сте­мы мы яв­ля­ем­ся су­ще­ства­ми, ко­то­рые ста­ра­ют­ся лучше узнать и по­нять себя, су­ще­ства­ми, ко­то­рые пы­та­ют­ся со­здать ма­ши­ны, об­ла­да­ю­щие нашим ра­з­умом, спо­соб­ные ви­деть, слы­шать, ощу­щать мир лучше нас и — на­де­юсь — более доб­рые. Это поз­во­ли­ло бы про­длить жизнь нашей пла­не­ты еще на два мил­ли­ар­да лет, если мы до­бьем­ся гар­мо­нич­но­го со­су­ще­ство­ва­ния с со­здан­ны­ми нами ма­ши­на­ми.

8. Мо­же­те ли вы на­звать более ве­ли­кую цель, чем эта?

1. На­уч­ная фан­та­сти­ка яв­ля­ет­ся самым важ­ным ли­те­ра­тур­ным жан­ром, так как имен­но она «со­от­вет­ству­ет» духу вре­ме­ни... Все наи­бо­лее важ­ные про­бле­мы на­ше­го вре­ме­ни — это про­бле­мы на­уч­ной фан­та­сти­ки. Со­ставь­те для себя спи­сок таких про­блем. Я тоже со­став­лю. А те­перь срав­ним наши спис­ки.

2. Уве­рен: в этих спис­ках фи­гу­ри­ру­ет про­бле­ма вза­и­мо­дей­ствия че­ло­ве­ка и ма­ши­ны, а в связи с ней и про­бле­ма нрав­ствен­но­сти, мо­ра­ли, ко­то­рая ор­га­нич­но вы­те­ка­ет из та­ко­го вза­и­мо­дей­ствия. Ис­то­рия на­уч­ной фан­та­сти­ки — это ис­то­рия идей, ко­то­рые из­ме­ня­ли мир, но ко­то­рые сна­ча­ла были осме­я­ны и от­верг­ну­ты. По­яс­ню эту мысль.

3. Че­ло­век убе­дил­ся в том, что пред­ска­за­ния на­уч­ной фан­та­сти­ки сбы­ва­ют­ся, толь­ко когда уви­дел ма­лень­кие ме­тал­ли­че­ские звез­доч­ки, пу­те­ше­ству­ю­щие по небу с за­па­да на во­сток и впи­сы­ва­ю­щие новые витки в при­чуд­ли­вый узор Но­во­го Вре­ме­ни.

4. Все до­сти­же­ния науки и тех­ни­ки, при­нес­шие за по­след­ние пять­де­сят лет поль­зу или вред че­ло­ве­че­ству, за­дол­го до этого ро­ди­лись в го­ло­ве пи­са­те­ля-фан­та­ста.

5. На­сту­пи­ли се­рьез­ные вре­ме­на. И на­уч­ная фан­та­сти­ка осо­бен­но нужна сей­час по­то­му, что де­ла­ет по­пыт­ки изу­чить каж­дую новую ма­ши­ну за­дол­го до того, как она по­явит­ся и нач­нет раз­ру­шать или пе­ре­стра­и­вать нас и окру­жа­ю­щий мир.

6. Сей­час, когда мы почти пол­но­стью со­бра­ли уро­жай тех­ни­че­ских нов­шеств, нам не­об­хо­ди­мо вы­ра­бо­тать какие-то нормы вза­и­мо­от­но­ше­ний че­ло­ве­ка и тех­ни­ки, чтобы не ока­зать­ся не­со­сто­я­тель­ны­ми перед лицом бу­ду­ще­го.

7. Пла­тон по­ве­дал нам о своем го­су­дар­стве-мечте. Пи­са­те­ли-фан­та­сты впо­след­ствии также изоб­ра­жа­ли го­су­дар­ства стали, элек­три­че­ства и атом­ной энер­гии, ко­то­рые сде­ла­ют нас дру­ги­ми. В этом кон­крет­ном мире за­те­рян­ной в кос­мо­се Сол­неч­ной си­сте­мы мы яв­ля­ем­ся су­ще­ства­ми, ко­то­рые ста­ра­ют­ся лучше узнать и по­нять себя, су­ще­ства­ми, ко­то­рые пы­та­ют­ся со­здать ма­ши­ны, об­ла­да­ю­щие нашим ра­з­умом, спо­соб­ные ви­деть, слы­шать, ощу­щать мир лучше нас и — на­де­юсь — более доб­рые. Это поз­во­ли­ло бы про­длить жизнь нашей пла­не­ты еще на два мил­ли­ар­да лет, если мы до­бьем­ся гар­мо­нич­но­го со­су­ще­ство­ва­ния с со­здан­ны­ми нами ма­ши­на­ми.

8. Мо­же­те ли вы на­звать более ве­ли­кую цель, чем эта?

Cка­зоч­ный, фан­та­сти­че­ский мир от­кры­ва­ет­ся че­ло­ве­ку, по­пав­ше­му в пе­ще­ру. Cамая боль­шая в мире пе­ще­ра — Ма­мон­то­вая в США. В ней гран­ди­оз­ные гроты, глу­бо­чай­шие про­па­сти, мно­же­ство под­зем­ных озер, две боль­шие реки. Под­зем­ный замок про­тя­нул­ся на 240 ки­ло­мет­ров. Hеда­ле­ко от ураль­ско­го го­ро­да Кун­гу­ра на­хо­дит­ся зна­ме­ни­тая Кун­гур­ская ле­дя­ная пе­ще­ра. В ней 68 гро­тов, со­еди­нен­ных уз­ки­ми длин­ны­ми пе­ре­хо­да­ми, 36 озер. Они оста­лись здесь, в веч­ном за­то­че­нии под зем­лей, от древ­ней реки, со­здав­шей когда-то этот гро­мад­ный дво­рец. Пер­вый грот этой пе­ще­ры на­зы­ва­ет­ся Брил­ли­ан­то­вый. Стены и по­то­лок его по­кры­ты круп­ны­ми кри­стал­ла­ми льда. Осве­щен­ные, они пе­ре­ли­ва­ют­ся всеми цве­та­ми ра­ду­ги, по­доб­но ураль­ским са­мо­цве­там. Свер­ху ле­дя­ные кри­стал­лы сви­са­ют гроз­дья­ми, на­по­ми­ная свер­ка­ю­щие хру­сталь­ные люст­ры. Mного веков ра­бо­та­ла здесь вода, от­кла­ды­вая рас­тво­рен­ную из­весть, укра­шая пе­ще­ру ста­лак­ти­та­ми и ста­лаг­ми­та­ми. Kун­гур­ская пе­ще­ра — че­ты­рех­этаж­ная. Наи­бо­лее об­шир­ны гроты вто­ро­го этажа. Под ним на­хо­дит­ся не­ис­сле­до­ван­ный ниж­ний этаж, ко­то­рый еще фор­ми­ру­ет­ся под­зем­ным во­да­ми. Oдна из самых кра­си­вых пещер в Крыму — Ты­ся­че­го­ло­вая. Вы­со­кие своды ее про­па­да­ют в тем­но­те. При­чуд­ли­вые ко­лон­ны поды­ма­ют­ся ввысь. Один зал ста­лак­ти­то­во­го двор­ца-пе­ще­ры сле­ду­ет за дру­гим, поды­ма­ясь все выше и выше в гору. Oбсле­дуя пе­ще­ры, уче­ные порой стал­ки­ва­ют­ся с яв­ле­ни­я­ми, ко­то­рые могут ис­пу­гать не­по­свя­щен­но­го. То слы­шит­ся стран­ная му­зы­ка, слов­но кто-то пы­та­ет­ся иг­рать на флей­те, по­вто­ряя за­дан­ный урок, то до­но­сит­ся чье-то бор­мо­та­ние. Чаще всего этому на­хо­дит­ся какое-то объ­яс­не­ние. Hеред­ки под зем­лей и зри­тель­ные ил­лю­зии. Яма в не­сколь­ко мет­ров глу­би­ной ка­жет­ся без­дной, а ма­лень­кая лужа — озе­ром; во мраке, едва рас­се­и­ва­е­мом све­том фо­на­ря, те­ря­ет­ся ощу­ще­ние раз­ме­ров и про­пор­ций, все ка­жет­ся пре­уве­ли­чен­ным. Да мало ли какие от­кры­тия и чу­де­са ждут нас в мире под­зем­ных пу­стот!

Cка­зоч­ный, фан­та­сти­че­ский мир от­кры­ва­ет­ся че­ло­ве­ку, по­пав­ше­му в пе­ще­ру. Cамая боль­шая в мире пе­ще­ра — Ма­мон­то­вая в США. В ней гран­ди­оз­ные гроты, глу­бо­чай­шие про­па­сти, мно­же­ство под­зем­ных озер, две боль­шие реки. Под­зем­ный замок про­тя­нул­ся на 240 ки­ло­мет­ров. Hеда­ле­ко от ураль­ско­го го­ро­да Кун­гу­ра на­хо­дит­ся зна­ме­ни­тая Кун­гур­ская ле­дя­ная пе­ще­ра. В ней 68 гро­тов, со­еди­нен­ных уз­ки­ми длин­ны­ми пе­ре­хо­да­ми, 36 озер. Они оста­лись здесь, в веч­ном за­то­че­нии под зем­лей, от древ­ней реки, со­здав­шей когда-то этот гро­мад­ный дво­рец. Пер­вый грот этой пе­ще­ры на­зы­ва­ет­ся Брил­ли­ан­то­вый. Стены и по­то­лок его по­кры­ты круп­ны­ми кри­стал­ла­ми льда. Осве­щен­ные, они пе­ре­ли­ва­ют­ся всеми цве­та­ми ра­ду­ги, по­доб­но ураль­ским са­мо­цве­там. Свер­ху ле­дя­ные кри­стал­лы сви­са­ют гроз­дья­ми, на­по­ми­ная свер­ка­ю­щие хру­сталь­ные люст­ры. Mного веков ра­бо­та­ла здесь вода, от­кла­ды­вая рас­тво­рен­ную из­весть, укра­шая пе­ще­ру ста­лак­ти­та­ми и ста­лаг­ми­та­ми. Kун­гур­ская пе­ще­ра — че­ты­рех­этаж­ная. Наи­бо­лее об­шир­ны гроты вто­ро­го этажа. Под ним на­хо­дит­ся не­ис­сле­до­ван­ный ниж­ний этаж, ко­то­рый еще фор­ми­ру­ет­ся под­зем­ным во­да­ми. Oдна из самых кра­си­вых пещер в Крыму — Ты­ся­че­го­ло­вая. Вы­со­кие своды ее про­па­да­ют в тем­но­те. При­чуд­ли­вые ко­лон­ны поды­ма­ют­ся ввысь. Один зал ста­лак­ти­то­во­го двор­ца-пе­ще­ры сле­ду­ет за дру­гим, поды­ма­ясь все выше и выше в гору. Oбсле­дуя пе­ще­ры, уче­ные порой стал­ки­ва­ют­ся с яв­ле­ни­я­ми, ко­то­рые могут ис­пу­гать не­по­свя­щен­но­го. То слы­шит­ся стран­ная му­зы­ка, слов­но кто-то пы­та­ет­ся иг­рать на флей­те, по­вто­ряя за­дан­ный урок, то до­но­сит­ся чье-то бор­мо­та­ние. Чаще всего этому на­хо­дит­ся какое-то объ­яс­не­ние. Hеред­ки под зем­лей и зри­тель­ные ил­лю­зии. Яма в не­сколь­ко мет­ров глу­би­ной ка­жет­ся без­дной, а ма­лень­кая лужа — озе­ром; во мраке, едва рас­се­и­ва­е­мом све­том фо­на­ря, те­ря­ет­ся ощу­ще­ние раз­ме­ров и про­пор­ций, все ка­жет­ся пре­уве­ли­чен­ным. Да мало ли какие от­кры­тия и чу­де­са ждут нас в мире под­зем­ных пу­стот!

1. Для мно­гих ко­че­вых на­ро­дов самой ран­ней фор­мой ма­те­рии был вой­лок. Этот не­тка­ный ма­те­ри­ал слу­жил че­ло­ве­ку на про­тя­же­нии всей жизни. Из него де­ла­ли одеж­ду, обувь, убран­ство для жи­ли­ща, по­по­ны для ло­ша­дей. Вой­лок, со­глас­но тра­ди­ци­он­ным пред­став­ле­ни­ям, обе­ре­гал от злых духов и вра­же­ских сил, спа­сал от зноя и хо­ло­да. Вой­лок из­го­тав­ли­ва­ли в ос­нов­ном из ове­чьей шер­сти. Бла­го­да­ря верх­не­му че­шуй­ча­то­му слою (ку­ти­ку­ле) шер­стя­ные во­лок­на под воз­дей­стви­ем го­ря­чей воды и пара спо­соб­ны сцеп­лять­ся друг с дру­гом, на чем и ос­но­ван прин­цип вой­ло­ко­ва­ля­ния. По­сколь­ку шерсть _____ овцы не имеет ку­ти­ку­лы, пер­вый вой­лок мог по­явить­ся не рань­ше, чем была одо­маш­не­на овца.

2. По­это­му на­ча­ло ис­то­рии вой­ло­ка ис­сле­до­ва­те­ли от­но­сят к 5-6 тыс. до н. э., когда были одо­маш­не­ны также ло­шадь и со­ба­ка, по­мо­гав­шие пасти боль­шие отары. Имен­но с этого вре­ме­ни вой­ло­ко­ва­ля­ние стало одним из ос­нов­ных за­ня­тий в хо­зяй­ствен­ной де­я­тель­но­сти. Пер­вые вой­лоч­ные из­де­лия из­го­тав­ли­ва­ли из на­ту­раль­ной шер­сти есте­ствен­но­го при­род­но­го цвета.

3. В даль­ней­шем окра­ши­ва­ние вой­ло­ка про­из­во­ди­ли кра­си­те­ля­ми, по­лу­чен­ны­ми из рас­те­ний. Так, зе­ле­ный цвет по­лу­ча­ли из ли­стьев ореха, шел­ко­ви­цы и кра­пи­вы; ко­рич­не­вый — из от­ва­ра оре­хо­вой скор­лу­пы, а серый — из зре­лой фа­со­ли; ро­зо­вый цвет шер­сти при­да­ва­ли цвет­ки ди­ко­го мака и ве­точ­ки синей сливы, а жел­тый — лу­ко­вая ше­лу­ха. Позд­нее путем по­сле­до­ва­тель­но­го окра­ши­ва­ния или сме­ши­ва­ния кра­си­те­лей уда­лось до­бить­ся новых цве­то­вых со­че­та­ний. Се­рьез­ное вни­ма­ние уде­ля­лось устой­чи­во­сти кра­си­те­ля к ат­мо­сфер­ным яв­ле­ни­ям, стир­ке и сти­ра­нию в про­цес­се экс­плу­а­та­ции. По­это­му для за­креп­ле­ния и фик­си­ро­ва­ния кра­си­те­лей ис­поль­зо­ва­ли сок кис­лой (ква­шен­ной) ка­пу­сты, ду­бо­вый пепел, ржа­вые гвоз­ди, мед­ный ку­по­рос. При со­зда­нии вой­лоч­ных из­де­лий при­род­ные кра­си­те­ли хо­ро­шо гар­мо­ни­ро­ва­ли друг с дру­гом, поз­во­ляя на­род­ным ма­сте­рам со­зда­вать кра­соч­ные тра­ди­ци­он­ные узоры, в ко­то­рых ис­поль­зо­ва­лась раз­но­об­раз­ная па­лит­ра от­тен­ков.

4. Вой­лоч­ное по­лот­но обыч­но из­го­тав­ли­ва­ли в виде по­лот­нищ раз­лич­ной тол­щи­ны. Тон­кий вой­лок шел на го­лов­ные по­кры­ва­ла, из тол­сто­го де­ла­ли до­спе­хи, обувь, по­кры­тия для юрты и ло­ша­дей. Из­вест­но не­сколь­ко спо­со­бов де­ко­ри­ро­ва­ния и укра­ше­ния вой­лоч­ных из­де­лий: вка­ты­ва­ние узора; ап­пли­ка­ция вой­ло­ком, тка­нью, кожей; ин­кру­ста­ция вой­ло­ком (мо­за­ич­ный спо­соб) с ис­поль­зо­ва­ни­ем де­ко­ра­тив­ной стеж­ки; вы­шив­ка по вой­ло­ку, укра­ше­ние би­се­ром и ра­куш­ка­ми; рос­пись по вой­ло­ку и дру­гие.

1. Для мно­гих ко­че­вых на­ро­дов самой ран­ней фор­мой ма­те­рии был вой­лок. Этот не­тка­ный ма­те­ри­ал слу­жил че­ло­ве­ку на про­тя­же­нии всей жизни. Из него де­ла­ли одеж­ду, обувь, убран­ство для жи­ли­ща, по­по­ны для ло­ша­дей. Вой­лок, со­глас­но тра­ди­ци­он­ным пред­став­ле­ни­ям, обе­ре­гал от злых духов и вра­же­ских сил, спа­сал от зноя и хо­ло­да. Вой­лок из­го­тав­ли­ва­ли в ос­нов­ном из ове­чьей шер­сти. Бла­го­да­ря верх­не­му че­шуй­ча­то­му слою (ку­ти­ку­ле) шер­стя­ные во­лок­на под воз­дей­стви­ем го­ря­чей воды и пара спо­соб­ны сцеп­лять­ся друг с дру­гом, на чем и ос­но­ван прин­цип вой­ло­ко­ва­ля­ния. По­сколь­ку шерсть _____ овцы не имеет ку­ти­ку­лы, пер­вый вой­лок мог по­явить­ся не рань­ше, чем была одо­маш­не­на овца.

2. По­это­му на­ча­ло ис­то­рии вой­ло­ка ис­сле­до­ва­те­ли от­но­сят к 5-6 тыс. до н. э., когда были одо­маш­не­ны также ло­шадь и со­ба­ка, по­мо­гав­шие пасти боль­шие отары. Имен­но с этого вре­ме­ни вой­ло­ко­ва­ля­ние стало одним из ос­нов­ных за­ня­тий в хо­зяй­ствен­ной де­я­тель­но­сти. Пер­вые вой­лоч­ные из­де­лия из­го­тав­ли­ва­ли из на­ту­раль­ной шер­сти есте­ствен­но­го при­род­но­го цвета.

3. В даль­ней­шем окра­ши­ва­ние вой­ло­ка про­из­во­ди­ли кра­си­те­ля­ми, по­лу­чен­ны­ми из рас­те­ний. Так, зе­ле­ный цвет по­лу­ча­ли из ли­стьев ореха, шел­ко­ви­цы и кра­пи­вы; ко­рич­не­вый — из от­ва­ра оре­хо­вой скор­лу­пы, а серый — из зре­лой фа­со­ли; ро­зо­вый цвет шер­сти при­да­ва­ли цвет­ки ди­ко­го мака и ве­точ­ки синей сливы, а жел­тый — лу­ко­вая ше­лу­ха. Позд­нее путем по­сле­до­ва­тель­но­го окра­ши­ва­ния или сме­ши­ва­ния кра­си­те­лей уда­лось до­бить­ся новых цве­то­вых со­че­та­ний. Се­рьез­ное вни­ма­ние уде­ля­лось устой­чи­во­сти кра­си­те­ля к ат­мо­сфер­ным яв­ле­ни­ям, стир­ке и сти­ра­нию в про­цес­се экс­плу­а­та­ции. По­это­му для за­креп­ле­ния и фик­си­ро­ва­ния кра­си­те­лей ис­поль­зо­ва­ли сок кис­лой (ква­шен­ной) ка­пу­сты, ду­бо­вый пепел, ржа­вые гвоз­ди, мед­ный ку­по­рос. При со­зда­нии вой­лоч­ных из­де­лий при­род­ные кра­си­те­ли хо­ро­шо гар­мо­ни­ро­ва­ли друг с дру­гом, поз­во­ляя на­род­ным ма­сте­рам со­зда­вать кра­соч­ные тра­ди­ци­он­ные узоры, в ко­то­рых ис­поль­зо­ва­лась раз­но­об­раз­ная па­лит­ра от­тен­ков.

4. Вой­лоч­ное по­лот­но обыч­но из­го­тав­ли­ва­ли в виде по­лот­нищ раз­лич­ной тол­щи­ны. Тон­кий вой­лок шел на го­лов­ные по­кры­ва­ла, из тол­сто­го де­ла­ли до­спе­хи, обувь, по­кры­тия для юрты и ло­ша­дей. Из­вест­но не­сколь­ко спо­со­бов де­ко­ри­ро­ва­ния и укра­ше­ния вой­лоч­ных из­де­лий: вка­ты­ва­ние узора; ап­пли­ка­ция вой­ло­ком, тка­нью, кожей; ин­кру­ста­ция вой­ло­ком (мо­за­ич­ный спо­соб) с ис­поль­зо­ва­ни­ем де­ко­ра­тив­ной стеж­ки; вы­шив­ка по вой­ло­ку, укра­ше­ние би­се­ром и ра­куш­ка­ми; рос­пись по вой­ло­ку и дру­гие.

1. Се­год­ня в каж­дой квар­ти­ре име­ет­ся те­ле­ви­зор, но не все знают, как пра­виль­но за ним уха­жи­вать, чтобы он как можно доль­ше слу­жил. Что же для этого нужно?

2. Пер­вое, что не­об­хо­ди­мо сде­лать, — вы­брать для те­ле­ви­зо­ра самоё под­хо­дя­щее место. Как пра­ви­ло, те­ле­ви­зор уста­нав­ли­ва­ет­ся на одно опре­делённое место, при­чем он дол­жен сто­ять так, чтобы на его экран не по­па­да­ли пря­мые сол­неч­ные лучи. Кроме того, те­ле­ви­зор дол­жен сто­ять как можно даль­ше от на­гре­ва­тель­ных при­бо­ров, на­хо­дя­щих­ся в ком­на­те. Очень важ­ным фак­то­ром при уста­нов­ке те­ле­ви­зо­ра яв­ля­ет­ся до­ста­точ­ное рас­сто­я­ние от вен­ти­ля­ци­он­ных от­вер­стий. Не­об­хо­ди­мо, чтобы дан­ные от­вер­стия не были ничем за­кры­ты. В слу­чае не­вы­пол­не­ния дан­но­го тре­бо­ва­ния не­из­беж­ным ста­нет nере­грев.

3. При уходе за те­ле­ви­зо­ром не­об­хо­ди­мо сле­до­вать ре­ко­мен­да­ци­ям тех­ни­че­ской до­ку­мен­та­ции. Те­ле­ви­зор сле­ду­ет в обя­за­тель­ном по­ряд­ке вы­клю­чать после шести часов не­пре­рыв­ной ра­бо­ты. Часто вклю­чать и вы­клю­чать устрой­ство не ре­ко­мен­ду­ет­ся, ин­тер­вал дол­жен со­став­лять хотя бы 15 се­кунд. Кроме того, экран те­ле­ви­зо­ра не­об­хо­ди­мо обе­ре­гать от уда­ров. Чтобы те­ле­ви­зор все­гда вы­гля­дел как новый, не стоит при­ка­сать­ся к экра­ну паль­ца­ми, так как на нём тут же ста­но­вят­ся видны от­пе­чат­ки паль­цев.

4. Воз­ни­ка­ет за­ко­но­мер­ный во­прос: как по­чи­стить экран так, чтобы не на­вре­дить те­ле­ви­зо­ру. Ко­неч­но, мало кому придёт в го­ло­ву вы­мыть экран те­ле­ви­зо­ра водой. Кроме того, ни­ко­гда не сле­ду­ет про­ти­рать экран те­ле­ви­зо­ра спир­том и лю­бы­ми дру­ги­ми сред­ства­ми, со­дер­жа­щи­ми спирт, Это свя­за­но с тем, что экран те­ле­ви­зо­ра по­крыт спе­ци­аль­ной за­щит­ной плёнкой от бли­ков, ко­то­рая не­до­ступ­на для взгля­да че­ло­ве­ка. Имен­но по этой при­чи­не экран нель­зя чи­стить содой или сти­раль­ным по­рош­ком, а также дру­ги­ми сред­ства­ми, со­дер­жа­щи­ми твёрдые ча­сти­цы, — они по­вре­дят за­щит­ную плёнку экра­на. Для этих целей по­дойдёт мно­го­ра­зо­вая мяг­кая сал­фет­ка из мик­ро­фиб­ры. Такая сал­фет­ка ве­ли­ко­леп­но спра­вит­ся не толь­ко с пылью или жи­ро­вы­ми за­гряз­не­ни­я­ми, но и пят­на­ми, ко­то­рые оста­ют­ся от паль­цев. Причём ис­поль­зо­вать сал­фет­ку можно не толь­ко в сухом, но и во влаж­ном виде.

5. Не­об­хо­ди­мо пом­нить, что при чист­ке экра­на те­ле­ви­зо­ра стоит со­блю­дать пра­ви­ла по тех­ни­ке без­опас­но­сти. Перед чист­кой те­ле­ви­зор обя­за­тель­но нужно вы­клю­чить из ро­зет­ки, так как при включённом в сеть те­ле­ви­зо­ре можно по­лу­чить трав­му. Ис­поль­зо­вать те­ле­ви­зор лучше в по­ме­ще­ни­ях, где не скап­ли­ва­ет­ся много пыли и не по­вы­ше­на влаж­ность. Со­блю­дая все эти очень про­стые пра­ви­ла, вы мо­же­те быть уве­ре­ны, что устрой­ству в бли­жай­шее время не по­тре­бу­ет­ся такая про­це­ду­ра, как ре­монт.

1. Се­год­ня в каж­дой квар­ти­ре име­ет­ся те­ле­ви­зор, но не все знают, как пра­виль­но за ним уха­жи­вать, чтобы он как можно доль­ше слу­жил. Что же для этого нужно?

2. Пер­вое, что не­об­хо­ди­мо сде­лать, — вы­брать для те­ле­ви­зо­ра самоё под­хо­дя­щее место. Как пра­ви­ло, те­ле­ви­зор уста­нав­ли­ва­ет­ся на одно опре­делённое место, при­чем он дол­жен сто­ять так, чтобы на его экран не по­па­да­ли пря­мые сол­неч­ные лучи. Кроме того, те­ле­ви­зор дол­жен сто­ять как можно даль­ше от на­гре­ва­тель­ных при­бо­ров, на­хо­дя­щих­ся в ком­на­те. Очень важ­ным фак­то­ром при уста­нов­ке те­ле­ви­зо­ра яв­ля­ет­ся до­ста­точ­ное рас­сто­я­ние от вен­ти­ля­ци­он­ных от­вер­стий. Не­об­хо­ди­мо, чтобы дан­ные от­вер­стия не были ничем за­кры­ты. В слу­чае не­вы­пол­не­ния дан­но­го тре­бо­ва­ния не­из­беж­ным ста­нет nере­грев.

3. При уходе за те­ле­ви­зо­ром не­об­хо­ди­мо сле­до­вать ре­ко­мен­да­ци­ям тех­ни­че­ской до­ку­мен­та­ции. Те­ле­ви­зор сле­ду­ет в обя­за­тель­ном по­ряд­ке вы­клю­чать после шести часов не­пре­рыв­ной ра­бо­ты. Часто вклю­чать и вы­клю­чать устрой­ство не ре­ко­мен­ду­ет­ся, ин­тер­вал дол­жен со­став­лять хотя бы 15 се­кунд. Кроме того, экран те­ле­ви­зо­ра не­об­хо­ди­мо обе­ре­гать от уда­ров. Чтобы те­ле­ви­зор все­гда вы­гля­дел как новый, не стоит при­ка­сать­ся к экра­ну паль­ца­ми, так как на нём тут же ста­но­вят­ся видны от­пе­чат­ки паль­цев.

4. Воз­ни­ка­ет за­ко­но­мер­ный во­прос: как по­чи­стить экран так, чтобы не на­вре­дить те­ле­ви­зо­ру. Ко­неч­но, мало кому придёт в го­ло­ву вы­мыть экран те­ле­ви­зо­ра водой. Кроме того, ни­ко­гда не сле­ду­ет про­ти­рать экран те­ле­ви­зо­ра спир­том и лю­бы­ми дру­ги­ми сред­ства­ми, со­дер­жа­щи­ми спирт, Это свя­за­но с тем, что экран те­ле­ви­зо­ра по­крыт спе­ци­аль­ной за­щит­ной плёнкой от бли­ков, ко­то­рая не­до­ступ­на для взгля­да че­ло­ве­ка. Имен­но по этой при­чи­не экран нель­зя чи­стить содой или сти­раль­ным по­рош­ком, а также дру­ги­ми сред­ства­ми, со­дер­жа­щи­ми твёрдые ча­сти­цы, — они по­вре­дят за­щит­ную плёнку экра­на. Для этих целей по­дойдёт мно­го­ра­зо­вая мяг­кая сал­фет­ка из мик­ро­фиб­ры. Такая сал­фет­ка ве­ли­ко­леп­но спра­вит­ся не толь­ко с пылью или жи­ро­вы­ми за­гряз­не­ни­я­ми, но и пят­на­ми, ко­то­рые оста­ют­ся от паль­цев. Причём ис­поль­зо­вать сал­фет­ку можно не толь­ко в сухом, но и во влаж­ном виде.

5. Не­об­хо­ди­мо пом­нить, что при чист­ке экра­на те­ле­ви­зо­ра стоит со­блю­дать пра­ви­ла по тех­ни­ке без­опас­но­сти. Перед чист­кой те­ле­ви­зор обя­за­тель­но нужно вы­клю­чить из ро­зет­ки, так как при включённом в сеть те­ле­ви­зо­ре можно по­лу­чить трав­му. Ис­поль­зо­вать те­ле­ви­зор лучше в по­ме­ще­ни­ях, где не скап­ли­ва­ет­ся много пыли и не по­вы­ше­на влаж­ность. Со­блю­дая все эти очень про­стые пра­ви­ла, вы мо­же­те быть уве­ре­ны, что устрой­ству в бли­жай­шее время не по­тре­бу­ет­ся такая про­це­ду­ра, как ре­монт.

1. Те, кто живет в Аф­ри­ке, не­ред­ко могут уви­деть жи­ра­фов в при­род­ных за­по­вед­ных пар­ках. Не­боль­ши­ми груп­па­ми или по­оди­ноч­ке пу­те­ше­ству­ют они по са­ван­не. Очень кра­си­вое зре­ли­ще! Но не огор­чай­ся, что в твоей мест­но­сти эти гра­ци­оз­ные жи­вот­ные не во­дят­ся. Ты мо­жешь найти за­ни­ма­тель­ные факты об их жизни в эн­цик­ло­пе­дии, мо­жешь уви­деть жи­ра­фов по те­ле­ви­зо­ру. Или взять книж­ку и про­чи­тать ин­те­рес­ные рас­ска­зы о них.

2. Когда смот­ришь на жи­ра­фа, по­яв­ля­ет­ся много во­про­сов. Но, по­жа­луй, самый глав­ный во­прос: «По­че­му у жи­ра­фа такая длин­ная шея?» Шея у жи­ра­фа, дей­стви­тель­но, длин­ная. Она может вы­рас­тать до двух мет­ров! Да и сам жираф — очень вы­со­кое жи­вот­ное, самое вы­со­кое на нашей пла­не­те.

3. При таком росте жи­ра­фы легко до­ста­ют ли­стья на самых вер­хуш­ках боль­ших де­ре­вьев. Дру­гие жи­вот­ные до­брать­ся туда не могут, а жи­ра­фы де­ла­ют это легко, так как имеют еще и такие же длин­ные, как шея, ноги. Прав­да, когда жи­ра­фу хо­чет­ся на­пить­ся, ему при­хо­дит­ся ши­ро­ко рас­став­лять ноги. Иначе он про­сто не до­тя­нет­ся до воды, так как его длин­ная шея со­всем не гнет­ся!

4. Но люди до сих пор га­да­ют: по­че­му у жи­ра­фа такая длин­ная шея? Уче­ные уста­но­ви­ли, что его шея со­сто­ит из семи по­звон­ков (как и у че­ло­ве­ка), но толь­ко эти по­звон­ки очень боль­шие. Фран­цуз­ский зоо­лог Ла­марк, ко­то­рый жил много лет назад, был уве­рен: шея вы­рас­та­ет у жи­ра­фов из-за их при­выч­ки тя­нуть­ся за вкус­ны­ми ли­стья­ми вы­со­ких де­ре­вьев. Те­перь уже никто не ду­ма­ет так, как Ла­марк. Его тео­рию со­вре­мен­ные уче­ные при­зна­ли оши­боч­ной. Од­на­ко они не могут объ­яс­нить, по­че­му шея жи­ра­фа вы­рас­та­ет такой длин­ной.

5. Но на земле есть жи­ра­фы и с ко­рот­кой шеей. Это очень бо­яз­ли­вые и скрыт­ные жи­вот­ные, ко­то­рые живут в гу­стых лесах аф­ри­кан­ской стра­ны Конго. Их зовут окапи — лес­ные жи­ра­фы. Об их при­выч­ках и жизни се­год­ня мало что из­вест­но. Но через какое-то время уче­ные вни­ма­тель­но изу­чат всех жи­ра­фов: и тех, ко­то­рые пря­чут­ся в лесах, и тех, что живут в са­ван­нах. И ответ на во­прос «По­че­му у жи­ра­фа такая длин­ная шея?» обя­за­тель­но по­явит­ся.

1. Те, кто живет в Аф­ри­ке, не­ред­ко могут уви­деть жи­ра­фов в при­род­ных за­по­вед­ных пар­ках. Не­боль­ши­ми груп­па­ми или по­оди­ноч­ке пу­те­ше­ству­ют они по са­ван­не. Очень кра­си­вое зре­ли­ще! Но не огор­чай­ся, что в твоей мест­но­сти эти гра­ци­оз­ные жи­вот­ные не во­дят­ся. Ты мо­жешь найти за­ни­ма­тель­ные факты об их жизни в эн­цик­ло­пе­дии, мо­жешь уви­деть жи­ра­фов по те­ле­ви­зо­ру. Или взять книж­ку и про­чи­тать ин­те­рес­ные рас­ска­зы о них.

2. Когда смот­ришь на жи­ра­фа, по­яв­ля­ет­ся много во­про­сов. Но, по­жа­луй, самый глав­ный во­прос: «По­че­му у жи­ра­фа такая длин­ная шея?» Шея у жи­ра­фа, дей­стви­тель­но, длин­ная. Она может вы­рас­тать до двух мет­ров! Да и сам жираф — очень вы­со­кое жи­вот­ное, самое вы­со­кое на нашей пла­не­те.

3. При таком росте жи­ра­фы легко до­ста­ют ли­стья на самых вер­хуш­ках боль­ших де­ре­вьев. Дру­гие жи­вот­ные до­брать­ся туда не могут, а жи­ра­фы де­ла­ют это легко, так как имеют еще и такие же длин­ные, как шея, ноги. Прав­да, когда жи­ра­фу хо­чет­ся на­пить­ся, ему при­хо­дит­ся ши­ро­ко рас­став­лять ноги. Иначе он про­сто не до­тя­нет­ся до воды, так как его длин­ная шея со­всем не гнет­ся!

4. Но люди до сих пор га­да­ют: по­че­му у жи­ра­фа такая длин­ная шея? Уче­ные уста­но­ви­ли, что его шея со­сто­ит из семи по­звон­ков (как и у че­ло­ве­ка), но толь­ко эти по­звон­ки очень боль­шие. Фран­цуз­ский зоо­лог Ла­марк, ко­то­рый жил много лет назад, был уве­рен: шея вы­рас­та­ет у жи­ра­фов из-за их при­выч­ки тя­нуть­ся за вкус­ны­ми ли­стья­ми вы­со­ких де­ре­вьев. Те­перь уже никто не ду­ма­ет так, как Ла­марк. Его тео­рию со­вре­мен­ные уче­ные при­зна­ли оши­боч­ной. Од­на­ко они не могут объ­яс­нить, по­че­му шея жи­ра­фа вы­рас­та­ет такой длин­ной.

5. Но на земле есть жи­ра­фы и с ко­рот­кой шеей. Это очень бо­яз­ли­вые и скрыт­ные жи­вот­ные, ко­то­рые живут в гу­стых лесах аф­ри­кан­ской стра­ны Конго. Их зовут окапи — лес­ные жи­ра­фы. Об их при­выч­ках и жизни се­год­ня мало что из­вест­но. Но через какое-то время уче­ные вни­ма­тель­но изу­чат всех жи­ра­фов: и тех, ко­то­рые пря­чут­ся в лесах, и тех, что живут в са­ван­нах. И ответ на во­прос «По­че­му у жи­ра­фа такая длин­ная шея?» обя­за­тель­но по­явит­ся.

1. Озеро Бал­хаш, рас­по­ло­жен­ное на во­сто­ке Ка­зах­ста­на, — круп­ней­ший во­до­ем Рес­пуб­ли­ки, вы­тя­нув­ший­ся по­лу­ме­ся­цем на 600 ки­ло­мет­ров. Слово «Бал­хаш» воз­ник­ло от слова «balkas», ко­то­рое в пе­ре­во­де с ка­зах­ско­го, та­тар­ско­го и ал­тай­ско­го язы­ков озна­ча­ет «кочки на бо­ло­те», «бо­ло­ти­стая мест­ность, по­кры­тая коч­ка­ми». Бал­хаш за­ни­ма­ет вто­рое место после Кас­пий­ско­го моря в спис­ке не­пе­ре­сы­ха­ю­щих со­ле­ных озер мира. Оно яв­ля­ет­ся и самым боль­шим в Ка­зах­ста­не.

2. Бал­хаш — един­ствен­ное на пла­не­те озеро с раз­ной по со­ста­ву водой: за­пад­ная его часть прес­но­вод­ная, а во­сточ­ная — со­ле­ная. Бла­го­да­ря уз­ко­му про­ли­ву и по­лу­ост­ро­ву Са­ры­есик воды озера не сме­ши­ва­ют­ся. Озеро Бал­хаш не пе­ре­ста­ет удив­лять своей за­га­доч­но­стью: до сих пор уче­ные не могут объ­яс­нить гео­гра­фи­че­ский па­ра­докс по­яв­ле­ния по­лу­прес­но­вод­но­го бес­сточ­но­го во­до­е­ма среди сте­пей, в рай­о­не су­хо­го кли­ма­та и ма­ло­го вы­па­де­ния осад­ков.

3. Озеро имеет при­род­ное про­ис­хож­де­ние, оно по­яви­лось вслед­ствие не­рав­но­мер­но­го про­се­да­ния Ту­ран­ской плиты и за­топ­ле­ния об­ра­зо­ван­ных углуб­ле­ний во вто­ром пе­ри­о­де кай­но­зой­ской эры. На нем на­хо­дит­ся не­ма­ло не­боль­ших ост­ро­вов и два круп­ных — Ба­са­рал и Та­са­рал. Из-за от­сут­ствия сто­ков уро­вень воды в озере су­ще­ствен­но ко­леб­лет­ся в раз­ное время года и за­ви­сит от до­ждей, ко­ли­че­ства снега в горах и от ин­тен­сив­но­сти ис­па­ре­ния с по­верх­но­сти во­до­е­ма.

4. Земли При­бал­ха­шья — пу­сты­ни и степи, по­кры­тые кам­ня­ми, гли­ной и щеб­нем. Од­на­ко не­ко­то­рые рас­те­ния при­спо­со­би­лись к вы­жи­ва­нию в труд­ных усло­ви­ях. Свое­об­раз­ным укра­ше­ни­ем озера слу­жат около 60 видов ред­ких рас­те­ний, не име­ю­щих кор­ней и рас­ту­щих прямо из воды.

5. Фауна озера раз­но­об­раз­ная, тут оби­та­ет около 20 видов рыб. Эти места об­лю­бо­ва­ли при­мер­но 120 видов пер­на­тых, часть из ко­то­рых за­не­се­на в Крас­ную книгу. До­воль­но раз­но­об­раз­на и флора, при­вле­ка­ю­щая бо­та­ни­ков. При­е­хав на озеро Бал­хаш, пу­те­ше­ствен­ни­ки от­кры­ва­ют для себя его оча­ро­ва­тель­ную при­ро­ду, не­обыч­ный жи­вот­ный и рас­ти­тель­ный мир.

1. Озеро Бал­хаш, рас­по­ло­жен­ное на во­сто­ке Ка­зах­ста­на, — круп­ней­ший во­до­ем Рес­пуб­ли­ки, вы­тя­нув­ший­ся по­лу­ме­ся­цем на 600 ки­ло­мет­ров. Слово «Бал­хаш» воз­ник­ло от слова «balkas», ко­то­рое в пе­ре­во­де с ка­зах­ско­го, та­тар­ско­го и ал­тай­ско­го язы­ков озна­ча­ет «кочки на бо­ло­те», «бо­ло­ти­стая мест­ность, по­кры­тая коч­ка­ми». Бал­хаш за­ни­ма­ет вто­рое место после Кас­пий­ско­го моря в спис­ке не­пе­ре­сы­ха­ю­щих со­ле­ных озер мира. Оно яв­ля­ет­ся и самым боль­шим в Ка­зах­ста­не.

2. Бал­хаш — един­ствен­ное на пла­не­те озеро с раз­ной по со­ста­ву водой: за­пад­ная его часть прес­но­вод­ная, а во­сточ­ная — со­ле­ная. Бла­го­да­ря уз­ко­му про­ли­ву и по­лу­ост­ро­ву Са­ры­есик воды озера не сме­ши­ва­ют­ся. Озеро Бал­хаш не пе­ре­ста­ет удив­лять своей за­га­доч­но­стью: до сих пор уче­ные не могут объ­яс­нить гео­гра­фи­че­ский па­ра­докс по­яв­ле­ния по­лу­прес­но­вод­но­го бес­сточ­но­го во­до­е­ма среди сте­пей, в рай­о­не су­хо­го кли­ма­та и ма­ло­го вы­па­де­ния осад­ков.

3. Озеро имеет при­род­ное про­ис­хож­де­ние, оно по­яви­лось вслед­ствие не­рав­но­мер­но­го про­се­да­ния Ту­ран­ской плиты и за­топ­ле­ния об­ра­зо­ван­ных углуб­ле­ний во вто­ром пе­ри­о­де кай­но­зой­ской эры. На нем на­хо­дит­ся не­ма­ло не­боль­ших ост­ро­вов и два круп­ных — Ба­са­рал и Та­са­рал. Из-за от­сут­ствия сто­ков уро­вень воды в озере су­ще­ствен­но ко­леб­лет­ся в раз­ное время года и за­ви­сит от до­ждей, ко­ли­че­ства снега в горах и от ин­тен­сив­но­сти ис­па­ре­ния с по­верх­но­сти во­до­е­ма.

4. Земли При­бал­ха­шья — пу­сты­ни и степи, по­кры­тые кам­ня­ми, гли­ной и щеб­нем. Од­на­ко не­ко­то­рые рас­те­ния при­спо­со­би­лись к вы­жи­ва­нию в труд­ных усло­ви­ях. Свое­об­раз­ным укра­ше­ни­ем озера слу­жат около 60 видов ред­ких рас­те­ний, не име­ю­щих кор­ней и рас­ту­щих прямо из воды.

5. Фауна озера раз­но­об­раз­ная, тут оби­та­ет около 20 видов рыб. Эти места об­лю­бо­ва­ли при­мер­но 120 видов пер­на­тых, часть из ко­то­рых за­не­се­на в Крас­ную книгу. До­воль­но раз­но­об­раз­на и флора, при­вле­ка­ю­щая бо­та­ни­ков. При­е­хав на озеро Бал­хаш, пу­те­ше­ствен­ни­ки от­кры­ва­ют для себя его оча­ро­ва­тель­ную при­ро­ду, не­обыч­ный жи­вот­ный и рас­ти­тель­ный мир.

Ис­то­рия из одной ста­рин­ной книги о том, как Лер­мон­тов от­ве­дал пи­рож­ков с опил­ка­ми.

У Ми­ха­и­ла Юрье­ви­ча была одна черта, о ко­то­рой нам из­вест­но очень мало, но со­вре­мен­ни­ки поэта от­ме­ча­ли ее особо. Ху­дож­ник Ме­ли­ков М. Е. писал о Лер­мон­то­ве: «Он очень любил по­есть и ел все, что по­да­ва­лось. Это вы­зы­ва­ло на­смеш­ки и шутки окру­жа­ю­щих, осо­бен­но ба­ры­шень».

Среди них была Ека­те­ри­на Алек­сан­дров­на Суш­ко­ва, в ко­то­рую поэт без­огляд­но влю­бил­ся. Од­на­ко Суш­ко­ва не от­ве­ча­ла Лер­мон­то­ву вза­им­но­стью и при слу­чае не упус­ка­ла воз­мож­но­сти по­сме­ять­ся над ним. Одним из по­во­дов для на­сме­шек и стала не­при­тя­за­тель­ность поэта к пище, о чем сама Ека­те­ри­на Алек­сан­дров­на рас­ска­за­ла в своих «За­пис­ках»: «Еще очень под­сме­и­ва­лись мы над ним в том, что он не толь­ко был не­раз­бор­чив в пище, но ни­ко­гда не знал, что ел: те­ля­ти­ну или сви­ни­ну, дичь или ба­раш­ка; мы го­во­ри­ли, что, по­жа­луй, он со вре­ме­нем, как Са­турн, будет гло­тать бу­лыж­ник.

Наши на­смеш­ки вы­во­ди­ли его из тер­пе­ния, он спо­рил с нами почти до слез, ста­ра­ясь убе­дить нас в утон­чен­но­сти сво­е­го га­стро­но­ми­че­ско­го вкуса; мы по­би­лись об за­клад, что ули­чим его в про­тив­ном на деле. И в тот же самый день, после дол­гой про­гул­ки вер­хом, ве­ле­ли мы на­печь к чаю бу­ло­чек с опил­ка­ми!

И что же? мы вер­ну­лись домой, утом­лен­ные, раз­го­ря­чен­ные, го­лод­ные, с жад­но­стью при­ня­лись за чай, а наш-то га­стро­ном Ми­шель, не по­мор­щив­шись, про­гло­тил одну бу­лоч­ку, при­нял­ся за дру­гую и уже при­дви­нул к себе и тре­тью, но Са­шень­ка и я оста­но­ви­ли его за руку, по­ка­зы­вая в то же время на не­удо­босва­ри­мую для же­луд­ка на­чин­ку.

Тут он не на шутку взбе­сил­ся, убе­жал от нас и не толь­ко не го­во­рил с нами ни слова, но даже и не по­ка­зы­вал­ся не­сколь­ко дней, при­тво­рив­шись боль­ным».

Так что уко­ре­нив­ше­е­ся мне­ние, будто «хо­ро­ший ху­дож­ник дол­жен быть го­лод­ным», имеет, как ми­ни­мум, одно очень яркое ис­клю­че­ние...

Ис­то­рия из одной ста­рин­ной книги о том, как Лер­мон­тов от­ве­дал пи­рож­ков с опил­ка­ми.

У Ми­ха­и­ла Юрье­ви­ча была одна черта, о ко­то­рой нам из­вест­но очень мало, но со­вре­мен­ни­ки поэта от­ме­ча­ли ее особо. Ху­дож­ник Ме­ли­ков М. Е. писал о Лер­мон­то­ве: «Он очень любил по­есть и ел все, что по­да­ва­лось. Это вы­зы­ва­ло на­смеш­ки и шутки окру­жа­ю­щих, осо­бен­но ба­ры­шень».

Среди них была Ека­те­ри­на Алек­сан­дров­на Суш­ко­ва, в ко­то­рую поэт без­огляд­но влю­бил­ся. Од­на­ко Суш­ко­ва не от­ве­ча­ла Лер­мон­то­ву вза­им­но­стью и при слу­чае не упус­ка­ла воз­мож­но­сти по­сме­ять­ся над ним. Одним из по­во­дов для на­сме­шек и стала не­при­тя­за­тель­ность поэта к пище, о чем сама Ека­те­ри­на Алек­сан­дров­на рас­ска­за­ла в своих «За­пис­ках»: «Еще очень под­сме­и­ва­лись мы над ним в том, что он не толь­ко был не­раз­бор­чив в пище, но ни­ко­гда не знал, что ел: те­ля­ти­ну или сви­ни­ну, дичь или ба­раш­ка; мы го­во­ри­ли, что, по­жа­луй, он со вре­ме­нем, как Са­турн, будет гло­тать бу­лыж­ник.

Наши на­смеш­ки вы­во­ди­ли его из тер­пе­ния, он спо­рил с нами почти до слез, ста­ра­ясь убе­дить нас в утон­чен­но­сти сво­е­го га­стро­но­ми­че­ско­го вкуса; мы по­би­лись об за­клад, что ули­чим его в про­тив­ном на деле. И в тот же самый день, после дол­гой про­гул­ки вер­хом, ве­ле­ли мы на­печь к чаю бу­ло­чек с опил­ка­ми!

И что же? мы вер­ну­лись домой, утом­лен­ные, раз­го­ря­чен­ные, го­лод­ные, с жад­но­стью при­ня­лись за чай, а наш-то га­стро­ном Ми­шель, не по­мор­щив­шись, про­гло­тил одну бу­лоч­ку, при­нял­ся за дру­гую и уже при­дви­нул к себе и тре­тью, но Са­шень­ка и я оста­но­ви­ли его за руку, по­ка­зы­вая в то же время на не­удо­босва­ри­мую для же­луд­ка на­чин­ку.

Тут он не на шутку взбе­сил­ся, убе­жал от нас и не толь­ко не го­во­рил с нами ни слова, но даже и не по­ка­зы­вал­ся не­сколь­ко дней, при­тво­рив­шись боль­ным».

Так что уко­ре­нив­ше­е­ся мне­ние, будто «хо­ро­ший ху­дож­ник дол­жен быть го­лод­ным», имеет, как ми­ни­мум, одно очень яркое ис­клю­че­ние...

1. Вы­да­ю­щий­ся уче­ный, за­ло­жив­ший ос­но­вы химии, со­зда­тель пе­ри­о­ди­че­ской таб­ли­цы, про­фес­сор. Жизнь та­ко­го та­лант­ли­во­го че­ло­ве­ка, как Дмит­рий Мен­де­ле­ев, была очень ин­те­рес­ная. В ней было место весь­ма за­ни­ма­тель­ным фак­там, ко­то­рые от­кры­ва­ют уче­но­го с дру­гой сто­ро­ны.

2. Самый глав­ный об­ще­из­вест­ный факт био­гра­фии уче­но­го — это зна­ме­ни­тый сон, в ко­то­ром при­сни­лась пе­ри­о­ди­че­ская таб­ли­ца хи­ми­че­ских эле­мен­тов. Как бы она ни при­да­ва­ла некую за­га­доч­ность лич­но­сти Мен­де­ле­е­ва, но это не так. Дмит­рий Ива­но­вич со­здал эту таб­ли­цу путем дол­гих ис­сле­до­ва­ний и раз­мыш­ле­ний.

3. От­крыт пе­ри­о­ди­че­ский закон был в 1869 году. 17 фев­ра­ля уче­ный сде­лал за­ри­сов­ку таб­ли­цы на об­рат­ной сто­ро­не од­но­го пись­ма, в ко­то­ром было на­пи­са­но о прось­бе при­е­хать и по­мочь про­из­вод­ству. Позже Мен­де­ле­ев на от­дель­ных кар­точ­ках на­пи­сал на­зва­ния всех из­вест­ных в то время хи­ми­че­ских эле­мен­тов, а также их атом­ный вес и рас­по­ло­жил их по по­ряд­ку. По­это­му по­езд­ка была пе­ре­не­се­на, а сам Дмит­рий Ива­но­вич по­гру­зил­ся в ра­бо­ту, в ре­зуль­та­те ко­то­рой и по­лу­чи­лась пе­ри­о­ди­че­ская таб­ли­ца хи­ми­че­ских эле­мен­тов. А в 1870 году уче­ный сумел вы­чис­лить атом­ную массу тех эле­мен­тов, ко­то­рые пока были не изу­че­ны, из-за чего в его таб­ли­це были «пу­стые» места, позже за­пол­нен­ные но­вы­ми эле­мен­та­ми.

4. Не­смот­ря на свои мно­го­чис­лен­ные на­уч­ные труды и важ­ные от­кры­тия, Дмит­рий Ива­но­вич так и не по­лу­чил Но­бе­лев­скую пре­мию. Хотя его не еди­нож­ды вы­дви­га­ли на ее по­лу­че­ние, каж­дый раз ее при­суж­да­ли дру­го­му. В 1905 году Мен­де­ле­ев был среди кан­ди­да­тов, но ла­у­ре­а­том стал не­мец­кий уче­ный-химик. В 1906 году было ре­ше­но вру­чить пре­мию Дмит­рию Ива­но­ви­чу, но потом Швед­ская ко­ро­лев­ская ака­де­мия пе­ре­ду­ма­ла и вру­чи­ла на­гра­ду фран­цуз­ско­му уче­но­му.

5. Не­смот­ря на то, что для боль­шин­ства фа­ми­лия Мен­де­ле­е­ва свя­за­на с хи­ми­ей, на самом деле, труды, по­свя­щен­ные химии, со­став­ля­ли всего 10% от всего ко­ли­че­ства на­уч­ных ис­сле­до­ва­ний. Дмит­рий Ива­но­вич ин­те­ре­со­вал­ся ко­раб­ле­стро­е­ни­ем и участ­во­вал в осво­е­нии пла­ва­ния в арк­ти­че­ских водах. И этой об­ла­сти он по­свя­тил 40 работ.

6. Мен­де­ле­ев при­ни­мал ак­тив­ное уча­стие в стро­и­тель­стве пер­во­го арк­ти­че­ско­го ле­до­ко­ла «Ермак», ко­то­рый был спу­щен на воду 29 ок­тяб­ря 1898 года. За ак­тив­ное уча­стие в ис­сле­до­ва­нии во­про­сов осво­е­ния Арк­ти­ки в честь уче­но­го был на­зван хре­бет, на­хо­дя­щий­ся под водой в Се­вер­ном Ле­до­ви­том оке­а­не.

1. Вы­да­ю­щий­ся уче­ный, за­ло­жив­ший ос­но­вы химии, со­зда­тель пе­ри­о­ди­че­ской таб­ли­цы, про­фес­сор. Жизнь та­ко­го та­лант­ли­во­го че­ло­ве­ка, как Дмит­рий Мен­де­ле­ев, была очень ин­те­рес­ная. В ней было место весь­ма за­ни­ма­тель­ным фак­там, ко­то­рые от­кры­ва­ют уче­но­го с дру­гой сто­ро­ны.

2. Самый глав­ный об­ще­из­вест­ный факт био­гра­фии уче­но­го — это зна­ме­ни­тый сон, в ко­то­ром при­сни­лась пе­ри­о­ди­че­ская таб­ли­ца хи­ми­че­ских эле­мен­тов. Как бы она ни при­да­ва­ла некую за­га­доч­ность лич­но­сти Мен­де­ле­е­ва, но это не так. Дмит­рий Ива­но­вич со­здал эту таб­ли­цу путем дол­гих ис­сле­до­ва­ний и раз­мыш­ле­ний.

3. От­крыт пе­ри­о­ди­че­ский закон был в 1869 году. 17 фев­ра­ля уче­ный сде­лал за­ри­сов­ку таб­ли­цы на об­рат­ной сто­ро­не од­но­го пись­ма, в ко­то­ром было на­пи­са­но о прось­бе при­е­хать и по­мочь про­из­вод­ству. Позже Мен­де­ле­ев на от­дель­ных кар­точ­ках на­пи­сал на­зва­ния всех из­вест­ных в то время хи­ми­че­ских эле­мен­тов, а также их атом­ный вес и рас­по­ло­жил их по по­ряд­ку. По­это­му по­езд­ка была пе­ре­не­се­на, а сам Дмит­рий Ива­но­вич по­гру­зил­ся в ра­бо­ту, в ре­зуль­та­те ко­то­рой и по­лу­чи­лась пе­ри­о­ди­че­ская таб­ли­ца хи­ми­че­ских эле­мен­тов. А в 1870 году уче­ный сумел вы­чис­лить атом­ную массу тех эле­мен­тов, ко­то­рые пока были не изу­че­ны, из-за чего в его таб­ли­це были «пу­стые» места, позже за­пол­нен­ные но­вы­ми эле­мен­та­ми.

4. Не­смот­ря на свои мно­го­чис­лен­ные на­уч­ные труды и важ­ные от­кры­тия, Дмит­рий Ива­но­вич так и не по­лу­чил Но­бе­лев­скую пре­мию. Хотя его не еди­нож­ды вы­дви­га­ли на ее по­лу­че­ние, каж­дый раз ее при­суж­да­ли дру­го­му. В 1905 году Мен­де­ле­ев был среди кан­ди­да­тов, но ла­у­ре­а­том стал не­мец­кий уче­ный-химик. В 1906 году было ре­ше­но вру­чить пре­мию Дмит­рию Ива­но­ви­чу, но потом Швед­ская ко­ро­лев­ская ака­де­мия пе­ре­ду­ма­ла и вру­чи­ла на­гра­ду фран­цуз­ско­му уче­но­му.

5. Не­смот­ря на то, что для боль­шин­ства фа­ми­лия Мен­де­ле­е­ва свя­за­на с хи­ми­ей, на самом деле, труды, по­свя­щен­ные химии, со­став­ля­ли всего 10% от всего ко­ли­че­ства на­уч­ных ис­сле­до­ва­ний. Дмит­рий Ива­но­вич ин­те­ре­со­вал­ся ко­раб­ле­стро­е­ни­ем и участ­во­вал в осво­е­нии пла­ва­ния в арк­ти­че­ских водах. И этой об­ла­сти он по­свя­тил 40 работ.

6. Мен­де­ле­ев при­ни­мал ак­тив­ное уча­стие в стро­и­тель­стве пер­во­го арк­ти­че­ско­го ле­до­ко­ла «Ермак», ко­то­рый был спу­щен на воду 29 ок­тяб­ря 1898 года. За ак­тив­ное уча­стие в ис­сле­до­ва­нии во­про­сов осво­е­ния Арк­ти­ки в честь уче­но­го был на­зван хре­бет, на­хо­дя­щий­ся под водой в Се­вер­ном Ле­до­ви­том оке­а­не.

1. Когда древ­ние ви­кин­ги впер­вые уви­де­ли пе­ре­ли­ва­ю­щи­е­ся ра­дуж­ное си­я­ние в ноч­ном небе, они сразу по­ня­ли: это блики от мечей валь­ки­рий. Народ са­а­мов, жи­ву­щий рядом с по­ляр­ным си­я­ни­ем ис­по­кон веков, имеет не­сколь­ко вер­сий про­ис­хо­дя­ще­го: это могут быть ве­сточ­ки живым из мира мерт­вых, а могут быть искры, ко­то­рые взмет­ну­лись на не­бе­са после взма­ха ли­сье­го хво­ста (имен­но бла­го­да­ря этой ле­ген­де воз­ник­ло фин­ское на­зва­ние при­род­но­го яв­ле­ния — «лисьи огни»). В Сред­ние века счи­та­лось, что по­ляр­ное си­я­ние пред­ре­ка­ет эпи­де­мию и войны.

2. Пер­вым суть яв­ле­ния по­пы­тал­ся объ­яс­нить Ми­ха­ил Ло­мо­но­сов: имен­но он уста­но­вил, что се­вер­ное си­я­ние имеет элек­три­че­скую при­ро­ду. Боль­шин­ство за­ря­жен­ных ча­стиц сол­неч­но­го ветра, ко­то­рые до­сти­га­ют нашей пла­не­ты, от­ра­жа­ют­ся. _____ не­ко­то­рым все-таки уда­ет­ся в маг­нит­ное поле Земли. Эти ча­сти­цы и об­ра­зу­ют све­че­ние, стал­ки­ва­ясь с мо­ле­ку­ла­ми воз­ду­ха в верх­ней части ат­мо­сфе­ры (при­мер­но в 100 км над по­верх­но­стью пла­не­ты). Жел­тый, зе­ле­ный и крас­ный цвета воз­ни­ка­ют бла­го­да­ря со­дер­жа­нию кис­ло­ро­да в воз­ду­хе, а за синие и фи­о­ле­то­вые от­тен­ки от­ве­ча­ет азот. На­уч­ное на­зва­ние си­я­ние по­лу­чи­ло в честь рим­ской бо­ги­ни утрен­ней зари. Часто люди за­бы­ва­ют, что по­ляр­ное си­я­ние, в оби­хо­де «се­вер­ное», на­блю­да­ет­ся у Юж­но­го по­лю­са.

3. Пред­ска­зать яв­ле­ние прак­ти­че­ски не­воз­мож­но; этот факт все­гда до­са­ждал пу­те­ше­ствен­ни­кам, же­ла­ю­щим сво­и­ми гла­за­ми взгля­нуть на «пляс­ки духов». Од­на­ко по­сколь­ку ве­ро­ят­ность воз­ник­но­ве­ния си­я­ния на­пря­мую за­ви­сит от сол­неч­ной ак­тив­но­сти, уче­ные смог­ли уста­но­вить не­сколь­ко за­ко­но­мер­но­стей.

4. Тра­ди­ци­он­ным се­зо­ном се­вер­но­го си­я­ния счи­та­ет­ся пе­ри­од между осен­ним ве­сен­ним рав­но­ден­стви­ем: с 21 сен­тяб­ря по 21 марта. В это время в се­вер­ных ши­ро­тах очень рано тем­не­ет. Более точ­ное время за­ви­сит от стра­ны: где-то си­я­ние по­ка­зы­ва­ет­ся толь­ко с де­каб­ря, а в более се­вер­ных ши­ро­тах кра­соч­ное зре­ли­ще можно уви­деть и в ап­ре­ле. Самые вы­со­кие шансы за­стать си­я­ние — с 21:00 до 23:30. После по­лу­но­чи от­кло­не­ния в маг­нит­ных по­лю­сах Земли вы­рав­ни­ва­ют­ся, так что ве­ро­ят­ность сни­жа­ет­ся. Иде­аль­ная ночь для се­вер­но­го си­я­ния — ясная и мо­роз­ная.

5. С каж­дым годом на по­ис­ки се­вер­но­го си­я­ния от­прав­ля­ет­ся все боль­ше пу­те­ше­ствен­ни­ков; из опас­но­го при­клю­че­ния это ста­но­вит­ся вы­год­ным ту­ри­сти­че­ским на­прав­ле­ни­ем. Од­на­ко не­уло­ви­мость и не­пред­ска­зу­е­мость фе­но­ме­на все равно сде­ла­ет се­вер­ное пу­те­ше­ствие за­хва­ты­ва­ю­щим, ро­ман­тич­ным и даже азарт­ным.

1. Когда древ­ние ви­кин­ги впер­вые уви­де­ли пе­ре­ли­ва­ю­щи­е­ся ра­дуж­ное си­я­ние в ноч­ном небе, они сразу по­ня­ли: это блики от мечей валь­ки­рий. Народ са­а­мов, жи­ву­щий рядом с по­ляр­ным си­я­ни­ем ис­по­кон веков, имеет не­сколь­ко вер­сий про­ис­хо­дя­ще­го: это могут быть ве­сточ­ки живым из мира мерт­вых, а могут быть искры, ко­то­рые взмет­ну­лись на не­бе­са после взма­ха ли­сье­го хво­ста (имен­но бла­го­да­ря этой ле­ген­де воз­ник­ло фин­ское на­зва­ние при­род­но­го яв­ле­ния — «лисьи огни»). В Сред­ние века счи­та­лось, что по­ляр­ное си­я­ние пред­ре­ка­ет эпи­де­мию и войны.

2. Пер­вым суть яв­ле­ния по­пы­тал­ся объ­яс­нить Ми­ха­ил Ло­мо­но­сов: имен­но он уста­но­вил, что се­вер­ное си­я­ние имеет элек­три­че­скую при­ро­ду. Боль­шин­ство за­ря­жен­ных ча­стиц сол­неч­но­го ветра, ко­то­рые до­сти­га­ют нашей пла­не­ты, от­ра­жа­ют­ся. _____ не­ко­то­рым все-таки уда­ет­ся в маг­нит­ное поле Земли. Эти ча­сти­цы и об­ра­зу­ют све­че­ние, стал­ки­ва­ясь с мо­ле­ку­ла­ми воз­ду­ха в верх­ней части ат­мо­сфе­ры (при­мер­но в 100 км над по­верх­но­стью пла­не­ты). Жел­тый, зе­ле­ный и крас­ный цвета воз­ни­ка­ют бла­го­да­ря со­дер­жа­нию кис­ло­ро­да в воз­ду­хе, а за синие и фи­о­ле­то­вые от­тен­ки от­ве­ча­ет азот. На­уч­ное на­зва­ние си­я­ние по­лу­чи­ло в честь рим­ской бо­ги­ни утрен­ней зари. Часто люди за­бы­ва­ют, что по­ляр­ное си­я­ние, в оби­хо­де «се­вер­ное», на­блю­да­ет­ся у Юж­но­го по­лю­са.

3. Пред­ска­зать яв­ле­ние прак­ти­че­ски не­воз­мож­но; этот факт все­гда до­са­ждал пу­те­ше­ствен­ни­кам, же­ла­ю­щим сво­и­ми гла­за­ми взгля­нуть на «пляс­ки духов». Од­на­ко по­сколь­ку ве­ро­ят­ность воз­ник­но­ве­ния си­я­ния на­пря­мую за­ви­сит от сол­неч­ной ак­тив­но­сти, уче­ные смог­ли уста­но­вить не­сколь­ко за­ко­но­мер­но­стей.

4. Тра­ди­ци­он­ным се­зо­ном се­вер­но­го си­я­ния счи­та­ет­ся пе­ри­од между осен­ним ве­сен­ним рав­но­ден­стви­ем: с 21 сен­тяб­ря по 21 марта. В это время в се­вер­ных ши­ро­тах очень рано тем­не­ет. Более точ­ное время за­ви­сит от стра­ны: где-то си­я­ние по­ка­зы­ва­ет­ся толь­ко с де­каб­ря, а в более се­вер­ных ши­ро­тах кра­соч­ное зре­ли­ще можно уви­деть и в ап­ре­ле. Самые вы­со­кие шансы за­стать си­я­ние — с 21:00 до 23:30. После по­лу­но­чи от­кло­не­ния в маг­нит­ных по­лю­сах Земли вы­рав­ни­ва­ют­ся, так что ве­ро­ят­ность сни­жа­ет­ся. Иде­аль­ная ночь для се­вер­но­го си­я­ния — ясная и мо­роз­ная.

5. С каж­дым годом на по­ис­ки се­вер­но­го си­я­ния от­прав­ля­ет­ся все боль­ше пу­те­ше­ствен­ни­ков; из опас­но­го при­клю­че­ния это ста­но­вит­ся вы­год­ным ту­ри­сти­че­ским на­прав­ле­ни­ем. Од­на­ко не­уло­ви­мость и не­пред­ска­зу­е­мость фе­но­ме­на все равно сде­ла­ет се­вер­ное пу­те­ше­ствие за­хва­ты­ва­ю­щим, ро­ман­тич­ным и даже азарт­ным.

Пре­иму­ще­ствен­ное ис­поль­зо­ва­ние пра­вой или левой ко­неч­но­сти, или, как го­во­рят уче­ные, дви­га­тель­ная асим­мет­рия, свой­ствен­но не толь­ко че­ло­ве­ку, но и жи­вот­ным самых раз­ных видов.

Мно­гие птицы — ле­бе­ди, цапли, фла­мин­го — спят, стоя на одной ноге. Также по­сту­па­ют и не­ко­то­рые птицы, про­во­дя­щие ночь на де­ре­вьях. Они одной лап­кой дер­жат­ся за ветку, а дру­гую пря­чут в опе­ре­ние, чтобы не мерз­ла. У всех видов птиц при­мер­но оди­на­ко­вое ко­ли­че­ство право- и ле­во­ла­пых. Птицы-левши скла­ды­ва­ют кры­лья так, что левое крыло на­кла­ды­ва­ет­ся на пра­вое, а прав­ши — на­о­бо­рот.

Среди до­маш­них кошек пре­об­ла­да­ют прав­ши. Пра­вой лапой 40% из них при­дер­жи­ва­ют корм во время еды, вы­тас­ки­ва­ют из-под ди­ва­на за­ка­тив­ший­ся туда клу­бок, обо­ро­ня­ют­ся. Лишь 20% кошек пред­по­чи­та­ют для этого левую лапу (осталь­ные 40% кошек рав­но­прав­но ис­поль­зу­ют обе ко­неч­но­сти).

Обе­зья­ны, про­во­дя­щие боль­шую часть жизни в кро­нах де­ре­вьев, долж­ны оди­на­ко­во хо­ро­шо вла­деть всеми че­тырь­мя ко­неч­но­стя­ми. ______ при же­сти­ку­ля­ции и ма­ни­пу­ля­ци­ях с пал­кой они поль­зу­ют­ся пра­вой рукой чаще, ем левой. Пре­иму­ще­ствен­ная пра­во­ла­пость ха­рак­тер­на также для мор­жей, китов-гор­ба­чей и мор­ских сви­ней. Слоны, до­мо­вые мыши, крысы, ло­ша­ди бы­ва­ют и прав­ша­ми, и лев­ша­ми. Кста­ти, уче­ные пока не об­на­ру­жи­ли видов, среди ко­то­рых пре­об­ла­да­ли бы левши.

Дви­га­тель­ная асим­мет­рия про­яв­ля­ет­ся не толь­ко в ис­поль­зо­ва­нии лап. Если в ко­ри­дор пу­стить со­ба­ку, она, ско­рее всего, по­бе­жит вдоль него, при­дер­жи­ва­ясь какой-то опре­де­лен­ной стен­ки, пра­вой или левой. В новом ко­ри­до­ре жи­вот­ное будет вы­би­рать свою из­люб­лен­ную сто­ро­ну дви­же­ния, а если на пути встре­тит­ся пе­ре­кре­сток, свер­нет в ту же сто­ро­ну. Так же ведут себя в Т-об­раз­ном ла­би­рин­те белые крысы и мыши, че­ре­па­хи, жабы и рыбы. Даже у боль­шин­ства зем­ля­ных чер­вей есть свои «при­о­ри­тет­ные на­прав­ле­ния» по­во­ро­та. Не­ко­то­рые го­лу­би при по­ле­те пред­по­чи­та­ют кру­жить­ся впра­во, а дру­гие — влево. За это го­лу­бей из­дав­на в на­ро­де делят на «пра­ву­хов» и «ле­ву­хов». Зад­няя часть тела вол­ков и собак при беге не­сколь­ко за­но­сит­ся вбок, по­это­му их раз­де­ля­ют на право- и ле­во­бе­га­ю­щих.

Уче­ные уста­но­ви­ли не­сколь­ко фак­то­ров, при­во­дя­щих к дви­га­тель­ной асим­мет­рии. Глав­ное — это асим­мет­рия моз­го­вых струк­тур, ко­то­рая пред­опре­де­ле­на ге­не­ти­че­ски.

Пре­иму­ще­ствен­ное ис­поль­зо­ва­ние пра­вой или левой ко­неч­но­сти, или, как го­во­рят уче­ные, дви­га­тель­ная асим­мет­рия, свой­ствен­но не толь­ко че­ло­ве­ку, но и жи­вот­ным самых раз­ных видов.

Мно­гие птицы — ле­бе­ди, цапли, фла­мин­го — спят, стоя на одной ноге. Также по­сту­па­ют и не­ко­то­рые птицы, про­во­дя­щие ночь на де­ре­вьях. Они одной лап­кой дер­жат­ся за ветку, а дру­гую пря­чут в опе­ре­ние, чтобы не мерз­ла. У всех видов птиц при­мер­но оди­на­ко­вое ко­ли­че­ство право- и ле­во­ла­пых. Птицы-левши скла­ды­ва­ют кры­лья так, что левое крыло на­кла­ды­ва­ет­ся на пра­вое, а прав­ши — на­о­бо­рот.

Среди до­маш­них кошек пре­об­ла­да­ют прав­ши. Пра­вой лапой 40% из них при­дер­жи­ва­ют корм во время еды, вы­тас­ки­ва­ют из-под ди­ва­на за­ка­тив­ший­ся туда клу­бок, обо­ро­ня­ют­ся. Лишь 20% кошек пред­по­чи­та­ют для этого левую лапу (осталь­ные 40% кошек рав­но­прав­но ис­поль­зу­ют обе ко­неч­но­сти).

Обе­зья­ны, про­во­дя­щие боль­шую часть жизни в кро­нах де­ре­вьев, долж­ны оди­на­ко­во хо­ро­шо вла­деть всеми че­тырь­мя ко­неч­но­стя­ми. ______ при же­сти­ку­ля­ции и ма­ни­пу­ля­ци­ях с пал­кой они поль­зу­ют­ся пра­вой рукой чаще, ем левой. Пре­иму­ще­ствен­ная пра­во­ла­пость ха­рак­тер­на также для мор­жей, китов-гор­ба­чей и мор­ских сви­ней. Слоны, до­мо­вые мыши, крысы, ло­ша­ди бы­ва­ют и прав­ша­ми, и лев­ша­ми. Кста­ти, уче­ные пока не об­на­ру­жи­ли видов, среди ко­то­рых пре­об­ла­да­ли бы левши.

Дви­га­тель­ная асим­мет­рия про­яв­ля­ет­ся не толь­ко в ис­поль­зо­ва­нии лап. Если в ко­ри­дор пу­стить со­ба­ку, она, ско­рее всего, по­бе­жит вдоль него, при­дер­жи­ва­ясь какой-то опре­де­лен­ной стен­ки, пра­вой или левой. В новом ко­ри­до­ре жи­вот­ное будет вы­би­рать свою из­люб­лен­ную сто­ро­ну дви­же­ния, а если на пути встре­тит­ся пе­ре­кре­сток, свер­нет в ту же сто­ро­ну. Так же ведут себя в Т-об­раз­ном ла­би­рин­те белые крысы и мыши, че­ре­па­хи, жабы и рыбы. Даже у боль­шин­ства зем­ля­ных чер­вей есть свои «при­о­ри­тет­ные на­прав­ле­ния» по­во­ро­та. Не­ко­то­рые го­лу­би при по­ле­те пред­по­чи­та­ют кру­жить­ся впра­во, а дру­гие — влево. За это го­лу­бей из­дав­на в на­ро­де делят на «пра­ву­хов» и «ле­ву­хов». Зад­няя часть тела вол­ков и собак при беге не­сколь­ко за­но­сит­ся вбок, по­это­му их раз­де­ля­ют на право- и ле­во­бе­га­ю­щих.

Уче­ные уста­но­ви­ли не­сколь­ко фак­то­ров, при­во­дя­щих к дви­га­тель­ной асим­мет­рии. Глав­ное — это асим­мет­рия моз­го­вых струк­тур, ко­то­рая пред­опре­де­ле­на ге­не­ти­че­ски.

Меж­ду­на­род­ная ко­ман­да ге­не­ти­ков на­ко­нец опуб­ли­ко­ва­ла ре­зуль­та­ты ис­сле­до­ва­ния ДНК до­маш­них кошек, ко­то­рые про­во­ди­лись в те­че­ние 10 лет. Уче­ные за­ни­ма­лись ана­ли­зом ДНК очень древ­них кошек, най­ден­ных в нео­ли­ти­че­ских за­хо­ро­не­ни­ях и в дру­гих ме­стах. Уче­ным уда­лось по­лу­чить 352 фраг­мен­та остан­ков древ­них кошек — и из 209 до­быть ДНК.

2. Ис­сле­до­вав эти об­раз­цы, ге­не­ти­ки при­шли к лю­бо­пыт­ным вы­во­дам. Во-пер­вых, вы­яс­ни­лось, что кошек не одо­маш­ни­ва­ли — они стали до­маш­ни­ми по своей воле. Когда наши да­ле­кие пред­ки на­учи­лись вы­ра­щи­вать и хра­нить зерно, в «ам­ба­ры» к ним по­ва­ди­лись гры­зу­ны, при­ве­дя за собой кошек, ко­то­рые ре­ши­ли жить рядом с лю­дь­ми. ______ Кип­линг был со­вер­шен­но прав: кошки все­гда гу­ля­ли сами по себе. Во-вто­рых, одо­маш­нив­шись, кошки по­сте­пен­но за­во­е­ва­ли весь мир. Крысы и мыши охот­но пу­те­ше­ство­ва­ли с лю­дь­ми на ко­раб­лях, ведь в трю­мах было вдо­воль при­па­сов. Так что с не­за­па­мят­ных вре­мен мо­ря­ки брали с собой кошек. Фи­ни­кий­цы до­ста­ви­ли их в Ис­па­нию и Бри­та­нию, ис­пан­цы — в Новый Свет, ан­гли­ча­не — в Ав­стра­лию и Новую Зе­лан­дию. У древ­не­еги­пет­ских кошек, жив­ших в на­ча­ле нашей эры, об­на­ру­жи­лись гены ин­дий­ских кошек, по­то­му что тор­го­вые ко­раб­ли хо­ди­ли между пор­та­ми Аф­ри­ки и Азии тоже с не­за­па­мят­ных вре­мен, пе­ре­во­зя зерно, а зна­чит, и гры­зу­нов.

3. Вы­во­дить ко­ша­чьи по­ро­ды люди на­ча­ли очень позд­но, лишь в XIX веке. Одо­маш­ни­ва­лись кошки, ви­ди­мо, два раза: сна­ча­ла на тер­ри­то­рии со­вре­мен­ной Тур­ции почти де­сять тысяч лет назад, а потом — в Древ­нем Егип­те. Боль­шин­ство со­вре­мен­ных кошек — по­том­ки еги­пет­ских, были до­воль­но не­лю­ди­мы и на­ше­му об­ще­ству пред­по­чи­та­ли крыс и мышей. Еги­пет­ские же с удо­воль­стви­ем об­ща­лись, и имен­но от них со­вре­мен­ные коты при­об­ре­ли при­выч­ку за­пры­ги­вать на ко­ле­ни и до­воль­но мур­чать, когда их гла­дят.

4. Са­мо­одо­маш­ни­ва­ние ока­за­лось не­ве­ро­ят­но вы­иг­рыш­ной стра­те­ги­ей: кошки раз­мно­жи­лись, за­хва­ти­ли весь мир, но при этом со­хра­ни­ли сво­бо­ду.

Меж­ду­на­род­ная ко­ман­да ге­не­ти­ков на­ко­нец опуб­ли­ко­ва­ла ре­зуль­та­ты ис­сле­до­ва­ния ДНК до­маш­них кошек, ко­то­рые про­во­ди­лись в те­че­ние 10 лет. Уче­ные за­ни­ма­лись ана­ли­зом ДНК очень древ­них кошек, най­ден­ных в нео­ли­ти­че­ских за­хо­ро­не­ни­ях и в дру­гих ме­стах. Уче­ным уда­лось по­лу­чить 352 фраг­мен­та остан­ков древ­них кошек — и из 209 до­быть ДНК.

2. Ис­сле­до­вав эти об­раз­цы, ге­не­ти­ки при­шли к лю­бо­пыт­ным вы­во­дам. Во-пер­вых, вы­яс­ни­лось, что кошек не одо­маш­ни­ва­ли — они стали до­маш­ни­ми по своей воле. Когда наши да­ле­кие пред­ки на­учи­лись вы­ра­щи­вать и хра­нить зерно, в «ам­ба­ры» к ним по­ва­ди­лись гры­зу­ны, при­ве­дя за собой кошек, ко­то­рые ре­ши­ли жить рядом с лю­дь­ми. ______ Кип­линг был со­вер­шен­но прав: кошки все­гда гу­ля­ли сами по себе. Во-вто­рых, одо­маш­нив­шись, кошки по­сте­пен­но за­во­е­ва­ли весь мир. Крысы и мыши охот­но пу­те­ше­ство­ва­ли с лю­дь­ми на ко­раб­лях, ведь в трю­мах было вдо­воль при­па­сов. Так что с не­за­па­мят­ных вре­мен мо­ря­ки брали с собой кошек. Фи­ни­кий­цы до­ста­ви­ли их в Ис­па­нию и Бри­та­нию, ис­пан­цы — в Новый Свет, ан­гли­ча­не — в Ав­стра­лию и Новую Зе­лан­дию. У древ­не­еги­пет­ских кошек, жив­ших в на­ча­ле нашей эры, об­на­ру­жи­лись гены ин­дий­ских кошек, по­то­му что тор­го­вые ко­раб­ли хо­ди­ли между пор­та­ми Аф­ри­ки и Азии тоже с не­за­па­мят­ных вре­мен, пе­ре­во­зя зерно, а зна­чит, и гры­зу­нов.

3. Вы­во­дить ко­ша­чьи по­ро­ды люди на­ча­ли очень позд­но, лишь в XIX веке. Одо­маш­ни­ва­лись кошки, ви­ди­мо, два раза: сна­ча­ла на тер­ри­то­рии со­вре­мен­ной Тур­ции почти де­сять тысяч лет назад, а потом — в Древ­нем Егип­те. Боль­шин­ство со­вре­мен­ных кошек — по­том­ки еги­пет­ских, были до­воль­но не­лю­ди­мы и на­ше­му об­ще­ству пред­по­чи­та­ли крыс и мышей. Еги­пет­ские же с удо­воль­стви­ем об­ща­лись, и имен­но от них со­вре­мен­ные коты при­об­ре­ли при­выч­ку за­пры­ги­вать на ко­ле­ни и до­воль­но мур­чать, когда их гла­дят.

4. Са­мо­одо­маш­ни­ва­ние ока­за­лось не­ве­ро­ят­но вы­иг­рыш­ной стра­те­ги­ей: кошки раз­мно­жи­лись, за­хва­ти­ли весь мир, но при этом со­хра­ни­ли сво­бо­ду.

1. У ис­то­ков раз­ви­тия ка­зах­стан­ской ар­хео­ло­гии сто­я­ли вы­да­ю­щи­е­ся во­сто­ко­ве­ды и ис­то­ри­ки: В. В. Бар­тольд, В. В. Рад­лов, П. Н. Лерх, Ч. Ч. Ва­ли­ха­нов и дру­гие. По­ка­за­тель­но их от­но­ше­ние к ис­то­рии и куль­тур­но­му на­сле­дию ка­зах­ско­го на­ро­да. Так, из­вест­ный об­ще­ствен­ный де­я­тель В. В. Ста­сов от­ме­чал, что ка­зах­ские ар­хео­ло­ги­че­ские па­мят­ни­ки пред­став­ля­ют не ме­ны­ший ин­те­рес, чем клас­си­че­ские древ­но­сти Рима. «От­че­го ста­ро­му го­ро­ду возле Джан­кен­та (раз­ва­ли­ны на Сыр­да­рье вб­ли­зи Ка­за­лин­ска) не быть нашей Помпеeй?» — писал он в одной из своих работ.

2. Как са­мо­сто­я­тель­ное на­уч­ное на­прав­ле­ние ар­хео­ло­гия сфор­ми­ро­ва­лась в Ка­зах­ста­не в 40-ые годы, В 1946 году в Ака­де­мии наук Ка­зах­ской ССР был ор­га­ни­зо­ван Ин­сти­тут ис­то­рии, ар­хео­ло­гии и эт­но­гра­фии им. Ч. Ч. Ва­ли­ха­но­ва. Ру­ко­во­ди­те­лем от­де­ла ар­хео­ло­гии стал А. Х. Мар­гу­лан. Он же воз­гла­вил первую ар­хео­ло­ги­че­скую экс­пе­ди­цию ин­сти­ту­та — Цен­траль­но-Ка­зах­стан­скую, ко­то­рая про­дол­жа­ет ис­сле­до­ва­ния до сих пор. Позже на базе ин­сти­ту­та были ор­га­ни­зо­ва­ны круп­ные экс­пе­ди­ции, ко­то­рые из­вест­ны на­ход­ка­ми эпохи па­лео­ли­та в Ка­ра­тау, рас­коп­ка­ми мо­гиль­ни­ков Сары-Арки, При­ир­ты­шья, Се­ми­ре­чья и При­а­ра­лья, сред­не­ве­ко­вых го­ро­дищ Тараз, Баба-Ата, ис­сле­до­ва­ний по­се­ле­ний и го­ро­дищ Юж­но­го Ка­зах­ста­на и Се­ми­ре­чья. В 1969 г. был рас­ко­пан кур­ган Иссык, на­ход­ки из ко­то­ро­го поз­во­ли­ли ре­шить мно­гие во­про­сы со­ци­аль­ной и куль­тур­ной жизни саков.

3. Ра­бо­та по изу­че­нию сак­ских на­хо­док про­дол­жа­лась в 70−90-ые годы. Тогда же изу­ча­лись па­мят­ни­ки эпохи камня, древ­нее на­скаль­ное ис­кус­ство в Во­сточ­ном Ка­зах­ста­не и Се­ми­ре­чье, рас­ка­пы­ва­лись раз­но­вре­мен­ные па­мят­ни­ки эпохи брон­зы и ран­не­го же­ле­за в Цен­траль­ном и Во­сточ­ном Ка­зах­ста­не, сред­не­ве­ко­вые го­ро­да и по­се­ле­ния.

4. За годы сво­е­го раз­ви­тия ка­зах­стан­ская ар­хео­ло­гия смог­ла не толь­ко обо­га­тить ми­ро­вую науку вы­да­ю­щи­ми­ся от­кры­ти­я­ми, но и вы­явить ос­нов­ные этапы раз­ви­тия об­ще­ства в Ка­зах­ста­не в древ­но­сти и сред­не­ве­ко­вье. Была вос­про­из­ве­де­на от­но­си­тель­но це­лост­ная кар­ти­на раз­ви­тия древ­ней ис­то­рии Ка­зах­ста­на, в том числе и ис­то­рия куль­ту­ры, причём от­кры­тия ар­хео­ло­гов со­от­но­сят­ся с опре­делёнными ре­ги­о­на­ми н стра­на­ми и по­лу­чи­ли офи­ци­аль­ное при­зна­ние, по­ло­жи­тель­ную оцен­ку в мире.

1. У ис­то­ков раз­ви­тия ка­зах­стан­ской ар­хео­ло­гии сто­я­ли вы­да­ю­щи­е­ся во­сто­ко­ве­ды и ис­то­ри­ки: В. В. Бар­тольд, В. В. Рад­лов, П. Н. Лерх, Ч. Ч. Ва­ли­ха­нов и дру­гие. По­ка­за­тель­но их от­но­ше­ние к ис­то­рии и куль­тур­но­му на­сле­дию ка­зах­ско­го на­ро­да. Так, из­вест­ный об­ще­ствен­ный де­я­тель В. В. Ста­сов от­ме­чал, что ка­зах­ские ар­хео­ло­ги­че­ские па­мят­ни­ки пред­став­ля­ют не ме­ны­ший ин­те­рес, чем клас­си­че­ские древ­но­сти Рима. «От­че­го ста­ро­му го­ро­ду возле Джан­кен­та (раз­ва­ли­ны на Сыр­да­рье вб­ли­зи Ка­за­лин­ска) не быть нашей Помпеeй?» — писал он в одной из своих работ.

2. Как са­мо­сто­я­тель­ное на­уч­ное на­прав­ле­ние ар­хео­ло­гия сфор­ми­ро­ва­лась в Ка­зах­ста­не в 40-ые годы, В 1946 году в Ака­де­мии наук Ка­зах­ской ССР был ор­га­ни­зо­ван Ин­сти­тут ис­то­рии, ар­хео­ло­гии и эт­но­гра­фии им. Ч. Ч. Ва­ли­ха­но­ва. Ру­ко­во­ди­те­лем от­де­ла ар­хео­ло­гии стал А. Х. Мар­гу­лан. Он же воз­гла­вил первую ар­хео­ло­ги­че­скую экс­пе­ди­цию ин­сти­ту­та — Цен­траль­но-Ка­зах­стан­скую, ко­то­рая про­дол­жа­ет ис­сле­до­ва­ния до сих пор. Позже на базе ин­сти­ту­та были ор­га­ни­зо­ва­ны круп­ные экс­пе­ди­ции, ко­то­рые из­вест­ны на­ход­ка­ми эпохи па­лео­ли­та в Ка­ра­тау, рас­коп­ка­ми мо­гиль­ни­ков Сары-Арки, При­ир­ты­шья, Се­ми­ре­чья и При­а­ра­лья, сред­не­ве­ко­вых го­ро­дищ Тараз, Баба-Ата, ис­сле­до­ва­ний по­се­ле­ний и го­ро­дищ Юж­но­го Ка­зах­ста­на и Се­ми­ре­чья. В 1969 г. был рас­ко­пан кур­ган Иссык, на­ход­ки из ко­то­ро­го поз­во­ли­ли ре­шить мно­гие во­про­сы со­ци­аль­ной и куль­тур­ной жизни саков.

3. Ра­бо­та по изу­че­нию сак­ских на­хо­док про­дол­жа­лась в 70−90-ые годы. Тогда же изу­ча­лись па­мят­ни­ки эпохи камня, древ­нее на­скаль­ное ис­кус­ство в Во­сточ­ном Ка­зах­ста­не и Се­ми­ре­чье, рас­ка­пы­ва­лись раз­но­вре­мен­ные па­мят­ни­ки эпохи брон­зы и ран­не­го же­ле­за в Цен­траль­ном и Во­сточ­ном Ка­зах­ста­не, сред­не­ве­ко­вые го­ро­да и по­се­ле­ния.

4. За годы сво­е­го раз­ви­тия ка­зах­стан­ская ар­хео­ло­гия смог­ла не толь­ко обо­га­тить ми­ро­вую науку вы­да­ю­щи­ми­ся от­кры­ти­я­ми, но и вы­явить ос­нов­ные этапы раз­ви­тия об­ще­ства в Ка­зах­ста­не в древ­но­сти и сред­не­ве­ко­вье. Была вос­про­из­ве­де­на от­но­си­тель­но це­лост­ная кар­ти­на раз­ви­тия древ­ней ис­то­рии Ка­зах­ста­на, в том числе и ис­то­рия куль­ту­ры, причём от­кры­тия ар­хео­ло­гов со­от­но­сят­ся с опре­делёнными ре­ги­о­на­ми н стра­на­ми и по­лу­чи­ли офи­ци­аль­ное при­зна­ние, по­ло­жи­тель­ную оцен­ку в мире.

1. Уче­ные, ис­то­ри­ки, ар­хи­тек­то­ры, ар­хео­ло­ги счи­та­ют мав­зо­лей Айша-Биби жем­чу­жи­ной сред­не­ве­ко­во­го зод­че­ства. Пред­ста­ви­те­ли ЮНЕ­СКО вклю­чи­ли этот мав­зо­лей в спи­сок особо цен­ных ис­то­ри­ко-ар­хи­тек­тур­ных па­мят­ни­ков че­ло­ве­че­ства. Это един­ствен­ный ар­хи­тек­тур­ный па­мят­ник во всей Сред­ней Азии, об­ли­цо­ван­ный рез­ной тер­ра­ко­той. Вы­пол­ня­лись плит­ки ис­кус­ны­ми ма­сте­ра­ми вруч­ную и на­счи­ты­ва­ли до 99 узор­ча­тых ком­по­зи­ций. В ос­но­ве ор­на­мен­тов ис­поль­зо­ва­ны рас­ти­тель­но-гео­мет­ри­че­ские мо­ти­вы, в ко­то­рых скры­та глу­бо­кая фи­ло­со­фия пе­чаль­ной ле­ген­ды, со­про­вож­да­ю­щей ис­то­рию по­яв­ле­ния мав­зо­лея, о чем любят рас­ска­зы­вать по­се­ти­те­лям здеш­ние смот­ри­те­ли, обя­за­тель­но рас­шиф­ро­вы­вая при этом со­хра­нив­шу­ю­ся над­пись на за­пад­ной ко­лон­не, вы­пол­нен­ную араб­ской вязью: «Осень... Тучи... Земля пре­крас­на...».

2. До наших дней дошли в со­хран­но­сти толь­ко часть за­пад­но­го фа­са­да мав­зо­лея с двумя уг­ло­вы­ми ко­лон­на­ми и фраг­мен­ты се­вер­ной и южной части стен. С 80-ч годов про­шло­го века мав­зо­лей на­хо­дил­ся под стек­лян­ным ку­по­лом во из­бе­жа­ние даль­ней­ше­го раз­ру­ше­ния. Зда­ние мав­зо­лея пре­тер­пе­ло не одну ре­став­ра­цию. Ста­рин­ные кир­пи­чи по­сто­ян­но ис­че­за­ли, так как люди уно­си­ли их, чтобы укра­сить свои дома. Вы­ну­тые из стен «род­ные» кир­пи­чи ре­став­ра­то­ры за­ме­ня­ли де­ко­ра­тив­ны­ми со­вре­мен­ны­ми, ко­то­рые быст­ро раз­ру­ша­лись под до­ждем и солн­цем.

3. По сви­де­тель­ству ак­са­ка­лов, когда-то в ста­ри­ну, если че­ло­век за­хо­дил внутрь мав­зо­лея и го­во­рил там впол­го­ло­са, его можно было слы­шать на улице на рас­сто­я­нии 20-25 мет­ров от зда­ния. Звуки от­да­ва­лись эхом, от­ра­жа­ясь от стен, и были раз­ны­ми по то­наль­но­сти и вы­со­те. Если раз­ло­жить кир­пи­чи и уда­рять по ним ме­тал­ли­че­ским пред­ме­том, как по кси­ло­фо­ну, то раз­да­ют­ся му­зы­каль­ные звуки, со­став­ля­ю­щие гамму. Сек­рет «му­зы­каль­ных» кир­пи­чей мав­зо­лея в том, что их из­го­тав­ли­ва­ли осо­бым спо­со­бом. Пол­но­стью вос­ста­но­вить сек­ре­ты из­го­тов­ле­ния этих кир­пи­чей се­год­ня не пред­став­ля­ет­ся воз­мож­ным, они уте­ря­ны. Од­на­ко пред­по­ла­га­ют, что эти кир­пи­чи в ста­ри­ну не об­жи­га­ли, в глину до­бав­ля­ли медь, зо­ло­то, жи­вот­ный жир. На со­хра­нив­ших­ся ста­рин­ных кир­пи­чах мав­зо­лея кое-где вид­не­ет­ся окис­лив­ша­я­ся медь. ______, это и иг­ра­ло опре­де­лен­ную роль при со­зда­нии зву­ко­вых эф­фек­тов. Толь­ко в 2005 году бла­го­да­ря го­су­дар­ствен­ной про­грам­ме «Куль­тур­ное на­сле­дие», зда­нию был воз­вра­щен пер­во­на­чаль­ный ис­то­ри­че­ский облик.

1. Уче­ные, ис­то­ри­ки, ар­хи­тек­то­ры, ар­хео­ло­ги счи­та­ют мав­зо­лей Айша-Биби жем­чу­жи­ной сред­не­ве­ко­во­го зод­че­ства. Пред­ста­ви­те­ли ЮНЕ­СКО вклю­чи­ли этот мав­зо­лей в спи­сок особо цен­ных ис­то­ри­ко-ар­хи­тек­тур­ных па­мят­ни­ков че­ло­ве­че­ства. Это един­ствен­ный ар­хи­тек­тур­ный па­мят­ник во всей Сред­ней Азии, об­ли­цо­ван­ный рез­ной тер­ра­ко­той. Вы­пол­ня­лись плит­ки ис­кус­ны­ми ма­сте­ра­ми вруч­ную и на­счи­ты­ва­ли до 99 узор­ча­тых ком­по­зи­ций. В ос­но­ве ор­на­мен­тов ис­поль­зо­ва­ны рас­ти­тель­но-гео­мет­ри­че­ские мо­ти­вы, в ко­то­рых скры­та глу­бо­кая фи­ло­со­фия пе­чаль­ной ле­ген­ды, со­про­вож­да­ю­щей ис­то­рию по­яв­ле­ния мав­зо­лея, о чем любят рас­ска­зы­вать по­се­ти­те­лям здеш­ние смот­ри­те­ли, обя­за­тель­но рас­шиф­ро­вы­вая при этом со­хра­нив­шу­ю­ся над­пись на за­пад­ной ко­лон­не, вы­пол­нен­ную араб­ской вязью: «Осень... Тучи... Земля пре­крас­на...».

2. До наших дней дошли в со­хран­но­сти толь­ко часть за­пад­но­го фа­са­да мав­зо­лея с двумя уг­ло­вы­ми ко­лон­на­ми и фраг­мен­ты се­вер­ной и южной части стен. С 80-ч годов про­шло­го века мав­зо­лей на­хо­дил­ся под стек­лян­ным ку­по­лом во из­бе­жа­ние даль­ней­ше­го раз­ру­ше­ния. Зда­ние мав­зо­лея пре­тер­пе­ло не одну ре­став­ра­цию. Ста­рин­ные кир­пи­чи по­сто­ян­но ис­че­за­ли, так как люди уно­си­ли их, чтобы укра­сить свои дома. Вы­ну­тые из стен «род­ные» кир­пи­чи ре­став­ра­то­ры за­ме­ня­ли де­ко­ра­тив­ны­ми со­вре­мен­ны­ми, ко­то­рые быст­ро раз­ру­ша­лись под до­ждем и солн­цем.

3. По сви­де­тель­ству ак­са­ка­лов, когда-то в ста­ри­ну, если че­ло­век за­хо­дил внутрь мав­зо­лея и го­во­рил там впол­го­ло­са, его можно было слы­шать на улице на рас­сто­я­нии 20-25 мет­ров от зда­ния. Звуки от­да­ва­лись эхом, от­ра­жа­ясь от стен, и были раз­ны­ми по то­наль­но­сти и вы­со­те. Если раз­ло­жить кир­пи­чи и уда­рять по ним ме­тал­ли­че­ским пред­ме­том, как по кси­ло­фо­ну, то раз­да­ют­ся му­зы­каль­ные звуки, со­став­ля­ю­щие гамму. Сек­рет «му­зы­каль­ных» кир­пи­чей мав­зо­лея в том, что их из­го­тав­ли­ва­ли осо­бым спо­со­бом. Пол­но­стью вос­ста­но­вить сек­ре­ты из­го­тов­ле­ния этих кир­пи­чей се­год­ня не пред­став­ля­ет­ся воз­мож­ным, они уте­ря­ны. Од­на­ко пред­по­ла­га­ют, что эти кир­пи­чи в ста­ри­ну не об­жи­га­ли, в глину до­бав­ля­ли медь, зо­ло­то, жи­вот­ный жир. На со­хра­нив­ших­ся ста­рин­ных кир­пи­чах мав­зо­лея кое-где вид­не­ет­ся окис­лив­ша­я­ся медь. ______, это и иг­ра­ло опре­де­лен­ную роль при со­зда­нии зву­ко­вых эф­фек­тов. Толь­ко в 2005 году бла­го­да­ря го­су­дар­ствен­ной про­грам­ме «Куль­тур­ное на­сле­дие», зда­нию был воз­вра­щен пер­во­на­чаль­ный ис­то­ри­че­ский облик.

1. В наше время бу­диль­ник — до­воль­но обы­ден­ная вещь. Он есть в часах, в бы­то­вой тех­ни­ке, в ав­то­мо­би­ле. Ис­то­рия бу­диль­ни­ка на­счи­ты­ва­ет не­сколь­ко сто­ле­тий.

2. Пер­вый бу­диль­ник был «во­дя­ным». Его изоб­рел древ­не­гре­че­ский фи­ло­соф Пла­тон. Он ис­поль­зо­вал его, чтобы со­зы­вать своих уче­ни­ков на за­ня­тия. Клеп­сидр, так на­зы­вал­ся «во­дя­ной» бу­диль­ник, со­сто­ял из двух, со­еди­нен­ных между собой со­су­дов. В верх­ний на­ли­ва­лась вода и, по­ти­хонь­ку вы­те­кая, вы­тес­ня­ла собой воз­дух из ниж­не­го со­су­да, ко­то­рый устрем­лял­ся к при­со­еди­нен­ной к со­су­дам флей­те. Услы­шав звуки флей­ты, уче­ни­ки спе­ши­ли на за­ня­тия.

3. Про­об­ра­зом бу­диль­ни­ка можно счи­тать и так на­зы­ва­е­мые «ог­нен­ные» часы. Изоб­ре­ли их Древ­нем Китае. Они пред­став­ля­ли собой длин­ную па­лоч­ку, сде­лан­ную из опи­лок и смолы. Ее рас­по­ла­га­ли го­ри­зон­таль­но и под­ве­ши­ва­ли к ней гру­зик на нитке. Один из краев па­лоч­ки под­жи­га­ли, из-за чего опил­ки со смо­лой на­чи­на­ли тлеть. В опре­де­лен­ный мо­мент нить пе­ре­го­ра­ла, и гру­зик падал, со­зда­вая при этом шум.

4. Ита­льян­ский ху­дож­ник и уче­ный Лео­нар­до да Винчи тоже изоб­рел устрой­ство, ко­то­рое можно также счи­тать про­об­ра­зом бу­диль­ни­ка. Оно со­сто­я­ло из двух со­су­дов. Вода по капле сте­ка­ла из верх­не­го со­су­да в ниж­ний. Вто­рой, на­пол­ня­ясь, при­во­дил в дви­же­ние ме­ха­низм, под­ни­ма­ю­щий ноги спя­ще­го че­ло­ве­ка.

5. Пер­вый ме­ха­ни­че­ский бу­диль­ник изоб­рел Леви Хат­чинс в 1787 году. На на нем не­воз­мож­но было вы­став­лять время звон­ка. Ме­ха­низм зво­нил толь­ко в 4 часа.

6. Пер­вый в ис­то­рии па­тент на изоб­ре­те­ние бу­диль­ни­ка был выдан фран­цу­зу Ан­ту­а­ну Редье. В 1847 году он при­ду­мал, как устра­нить не­до­ста­ток бу­диль­ни­ка Леви Хат­чин­са. Усо­вер­шен­ство­ван­ный бу­диль­ник Ан­ту­а­на и стал пра­ро­ди­те­лем для со­вре­мен­ных ме­ха­ни­че­ских бу­диль­ни­ков. Его при­бор был очень гром­ким.

7. Фирма Westclox пред­ло­жи­ла в 1908 году бу­диль­ник «Биг-Бен». В нем роль ко­ло­ко­ла играл весь кор­пус часов, из-за чего звук бу­диль­ни­ка был очень гром­ким.

8. В 1931 году изоб­ре­ли бу­диль­ник с воз­рас­та­ю­щей гром­ко­стью звон­ка, а в 1956 — ком­па­ния Дже­не­рал Элек­трик со­зда­ли ме­ха­низм с функ­ци­ей от­ло­жен­но­го про­буж­де­ния.

9. В на­сто­я­щее время про­дол­жат раз­ра­ба­ты­вать­ся устрой­ства, поз­во­ля­ю­щие на­деж­но раз­бу­дить че­ло­ве­ка.

1. В наше время бу­диль­ник — до­воль­но обы­ден­ная вещь. Он есть в часах, в бы­то­вой тех­ни­ке, в ав­то­мо­би­ле. Ис­то­рия бу­диль­ни­ка на­счи­ты­ва­ет не­сколь­ко сто­ле­тий.

2. Пер­вый бу­диль­ник был «во­дя­ным». Его изоб­рел древ­не­гре­че­ский фи­ло­соф Пла­тон. Он ис­поль­зо­вал его, чтобы со­зы­вать своих уче­ни­ков на за­ня­тия. Клеп­сидр, так на­зы­вал­ся «во­дя­ной» бу­диль­ник, со­сто­ял из двух, со­еди­нен­ных между собой со­су­дов. В верх­ний на­ли­ва­лась вода и, по­ти­хонь­ку вы­те­кая, вы­тес­ня­ла собой воз­дух из ниж­не­го со­су­да, ко­то­рый устрем­лял­ся к при­со­еди­нен­ной к со­су­дам флей­те. Услы­шав звуки флей­ты, уче­ни­ки спе­ши­ли на за­ня­тия.

3. Про­об­ра­зом бу­диль­ни­ка можно счи­тать и так на­зы­ва­е­мые «ог­нен­ные» часы. Изоб­ре­ли их Древ­нем Китае. Они пред­став­ля­ли собой длин­ную па­лоч­ку, сде­лан­ную из опи­лок и смолы. Ее рас­по­ла­га­ли го­ри­зон­таль­но и под­ве­ши­ва­ли к ней гру­зик на нитке. Один из краев па­лоч­ки под­жи­га­ли, из-за чего опил­ки со смо­лой на­чи­на­ли тлеть. В опре­де­лен­ный мо­мент нить пе­ре­го­ра­ла, и гру­зик падал, со­зда­вая при этом шум.

4. Ита­льян­ский ху­дож­ник и уче­ный Лео­нар­до да Винчи тоже изоб­рел устрой­ство, ко­то­рое можно также счи­тать про­об­ра­зом бу­диль­ни­ка. Оно со­сто­я­ло из двух со­су­дов. Вода по капле сте­ка­ла из верх­не­го со­су­да в ниж­ний. Вто­рой, на­пол­ня­ясь, при­во­дил в дви­же­ние ме­ха­низм, под­ни­ма­ю­щий ноги спя­ще­го че­ло­ве­ка.

5. Пер­вый ме­ха­ни­че­ский бу­диль­ник изоб­рел Леви Хат­чинс в 1787 году. На на нем не­воз­мож­но было вы­став­лять время звон­ка. Ме­ха­низм зво­нил толь­ко в 4 часа.

6. Пер­вый в ис­то­рии па­тент на изоб­ре­те­ние бу­диль­ни­ка был выдан фран­цу­зу Ан­ту­а­ну Редье. В 1847 году он при­ду­мал, как устра­нить не­до­ста­ток бу­диль­ни­ка Леви Хат­чин­са. Усо­вер­шен­ство­ван­ный бу­диль­ник Ан­ту­а­на и стал пра­ро­ди­те­лем для со­вре­мен­ных ме­ха­ни­че­ских бу­диль­ни­ков. Его при­бор был очень гром­ким.

7. Фирма Westclox пред­ло­жи­ла в 1908 году бу­диль­ник «Биг-Бен». В нем роль ко­ло­ко­ла играл весь кор­пус часов, из-за чего звук бу­диль­ни­ка был очень гром­ким.

8. В 1931 году изоб­ре­ли бу­диль­ник с воз­рас­та­ю­щей гром­ко­стью звон­ка, а в 1956 — ком­па­ния Дже­не­рал Элек­трик со­зда­ли ме­ха­низм с функ­ци­ей от­ло­жен­но­го про­буж­де­ния.

9. В на­сто­я­щее время про­дол­жат раз­ра­ба­ты­вать­ся устрой­ства, поз­во­ля­ю­щие на­деж­но раз­бу­дить че­ло­ве­ка.

В XIX веке из гущи ка­зах­ско­го на­ро­да по­яв­ля­ют­ся та­лант­ли­вые на­род­ные ком­по­зи­то­ры, об­ра­зо­вав­шие две школы. Ос­но­во­по­лож­ни­ком одной из них яв­ля­ет­ся зна­ме­ни­тый ком­по­зи­тор-кюйши За­пад­но­го Ка­зах­ста­на Кур­ман­га­зы. Вто­рой круп­ней­ший на­род­ный ком­по­зи­тор-певец Цен­траль­но­го Ка­зах­ста­на — Бир­жан-сал. Во­круг этих ком­по­зи­то­ров груп­пи­ро­ва­лись и в даль­ней­шем стали их по­сле­до­ва­те­ля­ми ком­по­зи­то­ры-кюйши: Ка­зан­гап, Бай­сер­ке, Дау­лет­ке­рей, Сей­тек, Дина, Ыхлас — и ком­по­зи­то­ры-певцы: Ахан-серэ, Ба­лу­ан Шолак, Жаяу Муса, Асет, Майра, Жа­ры­л­гап и Ша­шу­бай. Про­из­ве­де­ния (песни, ме­ло­дии, кюи, мо­ти­вы и т. д.) этих на­род­ных ком­по­зи­то­ров рас­про­стра­ня­лись в на­ро­де изуст­но. Со­бра­ние, за­пи­си, на­уч­ное и твор­че­ское осво­е­ние этого му­зы­каль­но­го на­сле­дия по­лу­чи­ли раз­ви­тие бла­го­да­ря уси­ли­ям А. В. За­та­е­ви­ча, Е. Г. Бру­си­лов­ско­го, А. К. Жу­ба­но­ва и Л. Ха­ми­ди.

Ком­по­зи­тор Ыхлас Ду­ке­нов ис­пол­нял вес свои про­из­ве­де­ния на ко­бы­зе. Он зна­чи­тель­но раз­вил тех­ни­ку игры на этом ин­стру­мен­те, внёс раз­но­об­ра­зие в ме­ло­дии, ко­то­рые ис­пол­ня­ли до него на ко­бы­зе баксы-ша­ма­ны. Про­из­ве­де­ния Ых­ла­са кра­соч­но пе­ре­да­ют древ­ние ска­за­ния ка­за­хов о ге­ро­и­че­ских по­дви­гах ба­ты­ров, об их стрем­ле­нии к луч­шей жизни. Ых­ла­сом со­зда­ны такие песни, как «Акку», «Жал­гыз аяк» и дру­гие, по­лу­чив­шие впо­след­ствии ши­ро­кое рас­про­стра­не­ние.

На­род­ный ком­по­зи­тор Мухит Ме­ра­ли­ев со­здал много песен, ко­то­рые по­слу­жи­ли об­раз­цом для под­ра­жа­ния л со­зда­ния новых песен по­сле­ду­ю­щи­ми ав­то­ра­ми. Ему при­над­ле­жат зна­ме­ни­тая «Алуаш», «Дуние-ай», «Yлкен ораз», а также «Ай нам коз».

Жаяу Муса был пев­цом-ком­по­зи­то­ром, акы­ном — ма­сте­ром слова. Его наи­бо­лее по­пу­ляр­ные про­из­ве­де­ния: «Гауhар кыз», «Құлбай», «Ис­кендiр», «Тұрым­тай» — от­ли­ча­ют­ся ме­ло­дич­но­стью, ли­ри­че­ским на­стро­е­ни­ем, про­ник­ну­ты му­же­ством и оп­ти­миз­мом.

Сары Ба­ра­ков со­чи­нил такие из­вест­ные песни, как «Да­ри­та», «Ciбiрге ай­да­лу» и «Қыз Қосан». Все про­из­ве­де­ния Сары вос­хва­ля­ют му­же­ство, не­по­ко­ле­би­мый ге­ро­изм и пла­мен­ную энер­гию.

За­ме­ча­тель­ный поэт-лирик и та­лант­ли­вый на­род­ный певец Ахан-серэ, вос­пи­ты­вав­ший­ся в ме­че­ти сво­е­го дяди, ста­но­вит­ся стран­ству­ю­щим пев­цом, вос­пе­вая лю­бовь, друж­бу, сер­деч­ные от­но­ше­ния мо­ло­де­жи. Зна­ме­ни­тые ме­ло­дии Ахана-серэ «Құлагер», «Қара­тор­гай», «Ак са­у­сак» и мно­гие дру­гие живут до сих пор и были ши­ро­ко ис­поль­зо­ва­ны в ка­зах­ских опе­рах, а его ли­те­ра­тур­ные про­из­ве­де­ния вышли от­дель­ным из­да­ни­ем.

В XIX веке из гущи ка­зах­ско­го на­ро­да по­яв­ля­ют­ся та­лант­ли­вые на­род­ные ком­по­зи­то­ры, об­ра­зо­вав­шие две школы. Ос­но­во­по­лож­ни­ком одной из них яв­ля­ет­ся зна­ме­ни­тый ком­по­зи­тор-кюйши За­пад­но­го Ка­зах­ста­на Кур­ман­га­зы. Вто­рой круп­ней­ший на­род­ный ком­по­зи­тор-певец Цен­траль­но­го Ка­зах­ста­на — Бир­жан-сал. Во­круг этих ком­по­зи­то­ров груп­пи­ро­ва­лись и в даль­ней­шем стали их по­сле­до­ва­те­ля­ми ком­по­зи­то­ры-кюйши: Ка­зан­гап, Бай­сер­ке, Дау­лет­ке­рей, Сей­тек, Дина, Ыхлас — и ком­по­зи­то­ры-певцы: Ахан-серэ, Ба­лу­ан Шолак, Жаяу Муса, Асет, Майра, Жа­ры­л­гап и Ша­шу­бай. Про­из­ве­де­ния (песни, ме­ло­дии, кюи, мо­ти­вы и т. д.) этих на­род­ных ком­по­зи­то­ров рас­про­стра­ня­лись в на­ро­де изуст­но. Со­бра­ние, за­пи­си, на­уч­ное и твор­че­ское осво­е­ние этого му­зы­каль­но­го на­сле­дия по­лу­чи­ли раз­ви­тие бла­го­да­ря уси­ли­ям А. В. За­та­е­ви­ча, Е. Г. Бру­си­лов­ско­го, А. К. Жу­ба­но­ва и Л. Ха­ми­ди.

Ком­по­зи­тор Ыхлас Ду­ке­нов ис­пол­нял вес свои про­из­ве­де­ния на ко­бы­зе. Он зна­чи­тель­но раз­вил тех­ни­ку игры на этом ин­стру­мен­те, внёс раз­но­об­ра­зие в ме­ло­дии, ко­то­рые ис­пол­ня­ли до него на ко­бы­зе баксы-ша­ма­ны. Про­из­ве­де­ния Ых­ла­са кра­соч­но пе­ре­да­ют древ­ние ска­за­ния ка­за­хов о ге­ро­и­че­ских по­дви­гах ба­ты­ров, об их стрем­ле­нии к луч­шей жизни. Ых­ла­сом со­зда­ны такие песни, как «Акку», «Жал­гыз аяк» и дру­гие, по­лу­чив­шие впо­след­ствии ши­ро­кое рас­про­стра­не­ние.

На­род­ный ком­по­зи­тор Мухит Ме­ра­ли­ев со­здал много песен, ко­то­рые по­слу­жи­ли об­раз­цом для под­ра­жа­ния л со­зда­ния новых песен по­сле­ду­ю­щи­ми ав­то­ра­ми. Ему при­над­ле­жат зна­ме­ни­тая «Алуаш», «Дуние-ай», «Yлкен ораз», а также «Ай нам коз».

Жаяу Муса был пев­цом-ком­по­зи­то­ром, акы­ном — ма­сте­ром слова. Его наи­бо­лее по­пу­ляр­ные про­из­ве­де­ния: «Гауhар кыз», «Құлбай», «Ис­кендiр», «Тұрым­тай» — от­ли­ча­ют­ся ме­ло­дич­но­стью, ли­ри­че­ским на­стро­е­ни­ем, про­ник­ну­ты му­же­ством и оп­ти­миз­мом.

Сары Ба­ра­ков со­чи­нил такие из­вест­ные песни, как «Да­ри­та», «Ciбiрге ай­да­лу» и «Қыз Қосан». Все про­из­ве­де­ния Сары вос­хва­ля­ют му­же­ство, не­по­ко­ле­би­мый ге­ро­изм и пла­мен­ную энер­гию.

За­ме­ча­тель­ный поэт-лирик и та­лант­ли­вый на­род­ный певец Ахан-серэ, вос­пи­ты­вав­ший­ся в ме­че­ти сво­е­го дяди, ста­но­вит­ся стран­ству­ю­щим пев­цом, вос­пе­вая лю­бовь, друж­бу, сер­деч­ные от­но­ше­ния мо­ло­де­жи. Зна­ме­ни­тые ме­ло­дии Ахана-серэ «Құлагер», «Қара­тор­гай», «Ак са­у­сак» и мно­гие дру­гие живут до сих пор и были ши­ро­ко ис­поль­зо­ва­ны в ка­зах­ских опе­рах, а его ли­те­ра­тур­ные про­из­ве­де­ния вышли от­дель­ным из­да­ни­ем.

Со­бы­тия эти про­изо­шли в далёкие вре­ме­на. При­воль­но жили горны на земле своих пред­ков и ни о чем не пе­ре­жи­ва­ли. Пасли скот, сеяли пашни, за­ни­ма­лись охо­той и ры­бал­кой. В диких лесах раз­во­ди­ли фрук­то­вые сады. Ничто не пред­ве­ща­ло на­дви­га­ю­щей­ся беды. И вот од­на­ж­ды, слов­но чер­ная гро­зо­вая туча, дви­ну­лись с моря на землю гор­цев враги. Же­сто­ки и бес­по­щад­ны были за­хват­чи­ки. Не ща­ди­ли они ста­ри­ков и муж­чин. Детей и жен­щин уго­ня­ли в за­мор­ское раб­ство.

Со­брал­ся совет ста­рей­шин на по­след­нюю сход­ку: ду­мать, как убе­речь род­ную землю от на­дви­га­ю­щей­ся беды. Долго ду­ма­ли. И ре­ши­ли, что оста­ет­ся толь­ко одно бить­ся до по­след­не­го, не сда­вать­ся. Но не бро­сать все силы сразу в бой, а по­де­лить их на три части, чтобы, по­доб­но трём гроз­ным валам, на­ка­ты­ва­лись они на врага, уни­что­жа­ли его и об­ра­ща­ли и бег­ство.

Пер­вы­ми пошли в бой се­до­вла­сые ста­ри­ки. И повёл их опыт­ный воин Фишт. Ста­рые бойцы мно­гое по­ви­да­ли на своем веку. При­вык­ли они и к тя­же­сти щитов, а свист мечей был для них по­до­бен во­ен­ной му­зы­ке. Креп­ко би­лись ста­ри­ки. Не­ма­ло уни­что­жи­ли вра­гов. К не­сча­стью, слиш­ком не­рав­ные были силы — и по­гиб­ли ста­ри­ки все до од­но­го.

Повёл тогда про­тив вра­гов мо­ло­дую дру­жи­ну храб­рый Оштен. Би­лись те­перь с ара­та­ми сы­но­вья по­гиб­ших ста­ри­ков. Долго дли­лась битва. Но пала в бою и дру­жи­на Оште­на.

Оста­ва­лась по­след­няя на­деж­да. Всту­пи­ли в бой юноши — внуки по­гиб­ших ста­ри­ков. И воз­гла­вил их юный Лаго. Долго би­лись юноши. Был ранен смер­тель­но Лаго. Вер­ный конь при­нес его к дому не­ве­сты Наки. На­де­ла Наки до­спе­хи сво­е­го воз­люб­лен­но­го и по­ве­ла остав­ших­ся в живых храб­ре­цов на врага. Не вы­дер­жал враг та­ко­го на­тис­ка и по­бе­жал об­рат­но к морю.

Со­бы­тия эти про­изо­шли в далёкие вре­ме­на. При­воль­но жили горны на земле своих пред­ков и ни о чем не пе­ре­жи­ва­ли. Пасли скот, сеяли пашни, за­ни­ма­лись охо­той и ры­бал­кой. В диких лесах раз­во­ди­ли фрук­то­вые сады. Ничто не пред­ве­ща­ло на­дви­га­ю­щей­ся беды. И вот од­на­ж­ды, слов­но чер­ная гро­зо­вая туча, дви­ну­лись с моря на землю гор­цев враги. Же­сто­ки и бес­по­щад­ны были за­хват­чи­ки. Не ща­ди­ли они ста­ри­ков и муж­чин. Детей и жен­щин уго­ня­ли в за­мор­ское раб­ство.

Со­брал­ся совет ста­рей­шин на по­след­нюю сход­ку: ду­мать, как убе­речь род­ную землю от на­дви­га­ю­щей­ся беды. Долго ду­ма­ли. И ре­ши­ли, что оста­ет­ся толь­ко одно бить­ся до по­след­не­го, не сда­вать­ся. Но не бро­сать все силы сразу в бой, а по­де­лить их на три части, чтобы, по­доб­но трём гроз­ным валам, на­ка­ты­ва­лись они на врага, уни­что­жа­ли его и об­ра­ща­ли и бег­ство.

Пер­вы­ми пошли в бой се­до­вла­сые ста­ри­ки. И повёл их опыт­ный воин Фишт. Ста­рые бойцы мно­гое по­ви­да­ли на своем веку. При­вык­ли они и к тя­же­сти щитов, а свист мечей был для них по­до­бен во­ен­ной му­зы­ке. Креп­ко би­лись ста­ри­ки. Не­ма­ло уни­что­жи­ли вра­гов. К не­сча­стью, слиш­ком не­рав­ные были силы — и по­гиб­ли ста­ри­ки все до од­но­го.

Повёл тогда про­тив вра­гов мо­ло­дую дру­жи­ну храб­рый Оштен. Би­лись те­перь с ара­та­ми сы­но­вья по­гиб­ших ста­ри­ков. Долго дли­лась битва. Но пала в бою и дру­жи­на Оште­на.

Оста­ва­лась по­след­няя на­деж­да. Всту­пи­ли в бой юноши — внуки по­гиб­ших ста­ри­ков. И воз­гла­вил их юный Лаго. Долго би­лись юноши. Был ранен смер­тель­но Лаго. Вер­ный конь при­нес его к дому не­ве­сты Наки. На­де­ла Наки до­спе­хи сво­е­го воз­люб­лен­но­го и по­ве­ла остав­ших­ся в живых храб­ре­цов на врага. Не вы­дер­жал враг та­ко­го на­тис­ка и по­бе­жал об­рат­но к морю.

Пре­мье­ра «Виш­не­во­го сада» со­сто­ит­ся осе­нью в Мос­ков­ском Гу­берн­ском те­ат­ре, а пока ор­га­ни­за­то­ры пред­ста­ви­ли эскиз спек­так­ля и место для спе­ци­аль­но­го по­ка­за вы­бра­ли более чем сим­во­лич­ное.

B рам­ках Лет­не­го фе­сти­ва­ля гу­берн­ских те­ат­ров герои Че­хо­ва «ожили» в при­род­ных де­ко­ра­ци­ях — в Лю­би­мов­ке, усадь­бе Ста­ни­слав­ско­го.

Для пуб­ли­ки под от­кры­тым небом ор­га­ни­зо­ва­ны два зри­тель­ных зала. Один — перед домом, в ко­то­ром Чехов и писал пьесу. С на­ча­лом дей­ствия дом ожи­ва­ет: две ко­ляс­ки при­вез­ли Ра­нев­скую с до­мо­чад­ца­ми, окна за­жи­га­ют­ся тёплым све­том, на ве­ран­де и в ком­на­тах вто­ро­го этажа на­чи­на­ют­ся дви­же­ние и раз­го­во­ры.

Дру­гой зри­тель­ный зал устро­и­ли прямо перед виш­не­вым садом. (1) лето, де­рев­ца в нём усы­па­ны неж­ны­ми бе­лы­ми цве­та­ми — ра­бо­та те­ат­раль­ных бу­та­фо­ров. И когда Ра­нев­ская гу­ля­ет среди де­ре­вьев, это вы­гля­дит очень кра­си­во.

Эскиз спек­так­ля на­зван кве­стом: пуб­ли­ке при­хо­дит­ся бро­дить по име­нию. Со­про­вож­да­е­мые слу­гой Фир­сом зри­те­ли раз­гля­ды­ва­ют таб­лич­ки с име­на­ми зна­ме­ни­то­стей, не­ко­гда са­жав­ших здесь виш­не­вые де­рев­ца, слу­ша­ют му­зы­ку в ис­пол­не­нии ор­кест­ра, пьют кофе с пи­рож­ны­ми и иг­ра­ют в рус­ский би­льярд. Впро­чем, суть вовсе не в мод­ной ин­тер­ак­тив­но­сти и оча­ро­ва­нии при­род­ных де­ко­ра­ций, а в той драме, ко­то­рая воз­ник­ла в на­брос­ке спек­так­ля. Ис­то­рия о по­те­ре виш­не­во­го сада стала ис­то­ри­ей мно­го­лет­ней и без­на­деж­ной любви Ло­па­хи­на к Ра­нев­ской.

Oсенью ре­жис­сер со­би­ра­ет­ся пред­ста­вить уже пол­но­цен­ную пре­мье­ру «Виш­не­во­го сада» в Мос­ков­ском Гу­берн­ском те­ат­ре. Ко­неч­но же, это снова будет спек­такль о любви, ко­то­рую Ло­па­хи­ну надо вы­кор­че­вать из сво­е­го серд­ца, как виш­не­вый сад, чтобы жить даль­ше. А в Лю­би­мов­ке всё за­кон­чи­лось вовсе не вы­руб­кой сада, а на­о­бо­рот, по­сад­кой двух новых де­ре­вьев и тор­же­ствен­ным са­лю­том в честь фе­сти­ва­ля, ко­то­рый толь­ко ро­дил­ся и на­де­ет­ся на дол­гую и счаст­ли­вую жизнь.

Пре­мье­ра «Виш­не­во­го сада» со­сто­ит­ся осе­нью в Мос­ков­ском Гу­берн­ском те­ат­ре, а пока ор­га­ни­за­то­ры пред­ста­ви­ли эскиз спек­так­ля и место для спе­ци­аль­но­го по­ка­за вы­бра­ли более чем сим­во­лич­ное.

B рам­ках Лет­не­го фе­сти­ва­ля гу­берн­ских те­ат­ров герои Че­хо­ва «ожили» в при­род­ных де­ко­ра­ци­ях — в Лю­би­мов­ке, усадь­бе Ста­ни­слав­ско­го.

Для пуб­ли­ки под от­кры­тым небом ор­га­ни­зо­ва­ны два зри­тель­ных зала. Один — перед домом, в ко­то­ром Чехов и писал пьесу. С на­ча­лом дей­ствия дом ожи­ва­ет: две ко­ляс­ки при­вез­ли Ра­нев­скую с до­мо­чад­ца­ми, окна за­жи­га­ют­ся тёплым све­том, на ве­ран­де и в ком­на­тах вто­ро­го этажа на­чи­на­ют­ся дви­же­ние и раз­го­во­ры.

Дру­гой зри­тель­ный зал устро­и­ли прямо перед виш­не­вым садом. (1) лето, де­рев­ца в нём усы­па­ны неж­ны­ми бе­лы­ми цве­та­ми — ра­бо­та те­ат­раль­ных бу­та­фо­ров. И когда Ра­нев­ская гу­ля­ет среди де­ре­вьев, это вы­гля­дит очень кра­си­во.

Эскиз спек­так­ля на­зван кве­стом: пуб­ли­ке при­хо­дит­ся бро­дить по име­нию. Со­про­вож­да­е­мые слу­гой Фир­сом зри­те­ли раз­гля­ды­ва­ют таб­лич­ки с име­на­ми зна­ме­ни­то­стей, не­ко­гда са­жав­ших здесь виш­не­вые де­рев­ца, слу­ша­ют му­зы­ку в ис­пол­не­нии ор­кест­ра, пьют кофе с пи­рож­ны­ми и иг­ра­ют в рус­ский би­льярд. Впро­чем, суть вовсе не в мод­ной ин­тер­ак­тив­но­сти и оча­ро­ва­нии при­род­ных де­ко­ра­ций, а в той драме, ко­то­рая воз­ник­ла в на­брос­ке спек­так­ля. Ис­то­рия о по­те­ре виш­не­во­го сада стала ис­то­ри­ей мно­го­лет­ней и без­на­деж­ной любви Ло­па­хи­на к Ра­нев­ской.

Oсенью ре­жис­сер со­би­ра­ет­ся пред­ста­вить уже пол­но­цен­ную пре­мье­ру «Виш­не­во­го сада» в Мос­ков­ском Гу­берн­ском те­ат­ре. Ко­неч­но же, это снова будет спек­такль о любви, ко­то­рую Ло­па­хи­ну надо вы­кор­че­вать из сво­е­го серд­ца, как виш­не­вый сад, чтобы жить даль­ше. А в Лю­би­мов­ке всё за­кон­чи­лось вовсе не вы­руб­кой сада, а на­о­бо­рот, по­сад­кой двух новых де­ре­вьев и тор­же­ствен­ным са­лю­том в честь фе­сти­ва­ля, ко­то­рый толь­ко ро­дил­ся и на­де­ет­ся на дол­гую и счаст­ли­вую жизнь.

Cлу­чи­лось так, что впер­вые о нем, как о вы­да­ю­щем­ся сыне на­ро­да, ка­зах­ские чи­та­те­ли узна­ли спу­стя пять лет после смер­ти са­мо­го Чо­ка­на Ва­ли­ха­но­ва.

Pус­ские во­сто­ко­ве­ды, про­грес­сив­ная рус­ская ин­тел­ли­ген­ция Рос­сии знали его на­мно­го рань­ше, с пер­вых шагов его бле­стя­щей ка­рье­ры как ху­дож­ни­ка, пыт­ли­во­го эт­но­гра­фа, фольк­ло­ри­ста, бес­страш­но­го пу­те­ше­ствен­ни­ка и не­исто­во­го ис­сле­до­ва­те­ля ис­то­рии на­ро­дов Во­сто­ка.

Cреди луч­ших людей Рос­сии тех вре­мен у него было не­ма­ло ис­крен­них дру­зей, ко­то­рых глу­бо­ко вол­но­ва­ла судь­ба этого ода­рен­но­го юноши.

Пи­са­те­ли го­во­ри­ли о нем как о та­лант­ли­вом пи­са­те­ле, жур­на­ли­сты — как о бле­стя­щем пуб­ли­ци­сте. Чокан был муд­рым со­цио­ло­гом (1) скру­пу­лез­ным эко­но­ми­стом, утвер­жда­ют дру­гие. О нем пи­са­ли и пишут не толь­ко те, кого вол­ну­ет ис­то­рия Сред­ней Азии и Ка­зах­ста­на, не толь­ко рус­ские во­сто­ко­ве­ды, но и ан­гли­ча­не, фран­цу­зы, немцы, по­то­му что его от­кры­тия, его труды при­над­ле­жат не толь­ко ка­зах­ской нации, ка­зах­ской науке, а в рав­ной мере стали до­сто­я­ни­ем всех.

Hо ничто из на­пи­сан­но­го о нем не ха­рак­те­ри­зу­ет Чо­ка­на Ва­ли­ха­но­ва столь полно и ярко, как его труды: стро­ки об ис­то­рии род­ной земли, за­пи­си о про­шлом Азии, на­сто­я­щем и бу­ду­щем сво­е­го на­ро­да, во имя сво­бо­ды и ра­вен­ства, ради ко­то­ро­го он жил и тру­дил­ся.

Eму не было и два­дца­ти лет, когда он пер­вым из среды ис­то­ри­ков, во­сто­ко­ве­дов, ис­сле­до­ва­те­лей ли­те­ра­ту­ры со­брал по кру­пи­цам ве­ли­кий эпос кир­ги­зов «Манас», про­ком­мен­ти­ро­вал и пе­ре­вел его фраг­мен­ты на рус­ский язык.

Зна­ком­ство с тру­да­ми Чо­ка­на Ва­ли­ха­но­ва вы­зы­ва­ет удив­ле­ние. Вос­хи­ще­ние вы­зы­ва­ют его мо­ло­дость, пре­дан­ность науке, ве­ли­чие от­кры­тий, муд­рость суж­де­ний.

Чо­ка­на на­зы­ва­ли ге­ни­аль­ным юно­шей. Рус­ские уче­ные, ра­бо­тав­шие рядом с ним, срав­ни­ва­ли его с Пуш­ки­ным, Лер­мон­то­вым, Доб­ро­лю­бо­вым.

«Он мог бы стать ге­ни­аль­ным пи­са­те­лем сво­е­го на­ро­да, если бы среди его со­пле­мен­ни­ков того вре­ме­ни на­шлась чи­та­ю­щая пуб­ли­ка», — с го­ре­чью пи­са­ли его дру­зья по учебе и науке Г. По­та­нин и Н. Яд­рин­цев.

…Он фа­на­тич­но любил свой народ и верил, что его со­пле­мен­ни­ки, со­хра­нив свою на­род­ность, впи­та­ют в себя ев­ро­пей­скую про­све­щен­ность.

…Па­мять че­ло­ве­ка не аб­стракт­ное по­ня­тие. Она тре­бу­ет не­устан­но­го раз­ви­тия. По­это­му мы се­год­ня очень часто мыс­лен­но об­ра­ща­ем­ся к делам наших пред­ков, по­доб­ных Ч. Ва­ли­ха­но­ву.

Cлу­чи­лось так, что впер­вые о нем, как о вы­да­ю­щем­ся сыне на­ро­да, ка­зах­ские чи­та­те­ли узна­ли спу­стя пять лет после смер­ти са­мо­го Чо­ка­на Ва­ли­ха­но­ва.

Pус­ские во­сто­ко­ве­ды, про­грес­сив­ная рус­ская ин­тел­ли­ген­ция Рос­сии знали его на­мно­го рань­ше, с пер­вых шагов его бле­стя­щей ка­рье­ры как ху­дож­ни­ка, пыт­ли­во­го эт­но­гра­фа, фольк­ло­ри­ста, бес­страш­но­го пу­те­ше­ствен­ни­ка и не­исто­во­го ис­сле­до­ва­те­ля ис­то­рии на­ро­дов Во­сто­ка.

Cреди луч­ших людей Рос­сии тех вре­мен у него было не­ма­ло ис­крен­них дру­зей, ко­то­рых глу­бо­ко вол­но­ва­ла судь­ба этого ода­рен­но­го юноши.

Пи­са­те­ли го­во­ри­ли о нем как о та­лант­ли­вом пи­са­те­ле, жур­на­ли­сты — как о бле­стя­щем пуб­ли­ци­сте. Чокан был муд­рым со­цио­ло­гом (1) скру­пу­лез­ным эко­но­ми­стом, утвер­жда­ют дру­гие. О нем пи­са­ли и пишут не толь­ко те, кого вол­ну­ет ис­то­рия Сред­ней Азии и Ка­зах­ста­на, не толь­ко рус­ские во­сто­ко­ве­ды, но и ан­гли­ча­не, фран­цу­зы, немцы, по­то­му что его от­кры­тия, его труды при­над­ле­жат не толь­ко ка­зах­ской нации, ка­зах­ской науке, а в рав­ной мере стали до­сто­я­ни­ем всех.

Hо ничто из на­пи­сан­но­го о нем не ха­рак­те­ри­зу­ет Чо­ка­на Ва­ли­ха­но­ва столь полно и ярко, как его труды: стро­ки об ис­то­рии род­ной земли, за­пи­си о про­шлом Азии, на­сто­я­щем и бу­ду­щем сво­е­го на­ро­да, во имя сво­бо­ды и ра­вен­ства, ради ко­то­ро­го он жил и тру­дил­ся.

Eму не было и два­дца­ти лет, когда он пер­вым из среды ис­то­ри­ков, во­сто­ко­ве­дов, ис­сле­до­ва­те­лей ли­те­ра­ту­ры со­брал по кру­пи­цам ве­ли­кий эпос кир­ги­зов «Манас», про­ком­мен­ти­ро­вал и пе­ре­вел его фраг­мен­ты на рус­ский язык.

Зна­ком­ство с тру­да­ми Чо­ка­на Ва­ли­ха­но­ва вы­зы­ва­ет удив­ле­ние. Вос­хи­ще­ние вы­зы­ва­ют его мо­ло­дость, пре­дан­ность науке, ве­ли­чие от­кры­тий, муд­рость суж­де­ний.

Чо­ка­на на­зы­ва­ли ге­ни­аль­ным юно­шей. Рус­ские уче­ные, ра­бо­тав­шие рядом с ним, срав­ни­ва­ли его с Пуш­ки­ным, Лер­мон­то­вым, Доб­ро­лю­бо­вым.

«Он мог бы стать ге­ни­аль­ным пи­са­те­лем сво­е­го на­ро­да, если бы среди его со­пле­мен­ни­ков того вре­ме­ни на­шлась чи­та­ю­щая пуб­ли­ка», — с го­ре­чью пи­са­ли его дру­зья по учебе и науке Г. По­та­нин и Н. Яд­рин­цев.

…Он фа­на­тич­но любил свой народ и верил, что его со­пле­мен­ни­ки, со­хра­нив свою на­род­ность, впи­та­ют в себя ев­ро­пей­скую про­све­щен­ность.

…Па­мять че­ло­ве­ка не аб­стракт­ное по­ня­тие. Она тре­бу­ет не­устан­но­го раз­ви­тия. По­это­му мы се­год­ня очень часто мыс­лен­но об­ра­ща­ем­ся к делам наших пред­ков, по­доб­ных Ч. Ва­ли­ха­но­ву.

Cчи­та­ет­ся, что чес­нок по­ле­зен. И не на­прас­но: в нем со­дер­жат­ся ле­ту­чие фи­тон­ци­ды, уни­что­жа­ю­щие воз­бу­ди­те­лей мно­гих бо­лез­ней. Но вряд ли кому при­ят­но раз­го­ва­ри­вать с че­ло­ве­ком, съев­шим хотя бы зубок этого рас­те­ния.

Hепри­ят­ный запах обу­слов­лен ле­ту­чим ди­ме­тил­се­ле­ни­дом — ор­га­ни­че­ским про­из­вод­ным се­ле­на, об­ра­зу­ю­щим­ся в пи­ще­ва­ри­тель­ном трак­те едока, но от­сут­ству­ю­щим в самом рас­те­нии. Ока­за­лось, что это ве­ще­ство не­при­ят­но не толь­ко че­ло­ве­ку, но и не­ко­то­рым жи­вот­ным, на­при­мер оле­ням. Тем самым оле­ням, ко­то­рые, (1), часто уни­что­жа­ют мо­ло­дые ле­со­по­сад­ки.

И на за­щи­ту мо­ло­дых по­бе­гов ду­гла­со­вой пихты, рост­ки ко­то­рой по­еда­ли олени, было ре­ше­но по­ста­вить чес­нок. Вер­нее, его запах. Для этого были со­зда­ны таб­лет­ки, со­дер­жа­щие селен и спо­соб­ные вы­сво­бож­дать его ма­лы­ми до­за­ми. Эти таб­лет­ки по­ме­ща­ли в лунки с рост­ка­ми пихты; корни де­рев­ца по­не­мно­гу по­гло­ща­ли селен, в ре­зуль­та­те чего игол­ки при­об­ре­та­ли сла­бый запах ди­ме­тил­се­ле­ни­да. Такая таб­лет­ка про­яв­ля­ла от­пу­ги­ва­ю­щее дей­ствие на про­тя­же­нии трех лет. А за это время пихта вы­рас­та­ла на­столь­ко, что ни­ка­кой олень ей ста­но­вил­ся не стра­шен.

При по­па­да­нии в ор­га­низм че­ло­ве­ка ни­чтож­ных ко­ли­честв со­еди­не­ний тел­лу­ра или се­ле­на вы­ды­ха­е­мый воз­дух и кожа на­дол­го при­об­ре­та­ют не­при­ят­ный запах чес­но­ка. От этого, в част­но­сти, силь­но стра­да­ли Вёллер и его со­труд­ни­ки, изу­чав­шие со­еди­не­ния тел­лу­ра. По­яв­лять­ся в об­ще­стве во время про­ве­де­ния этих ис­сле­до­ва­ний и даже много не­дель после их за­вер­ше­ния они по­про­сту не могли.

Oдин из ав­то­ров вспом­нил в связи с этим сле­ду­ю­щий слу­чай из своей био­гра­фии. «Сда­вая свой пер­вый уни­вер­си­тет­ский эк­за­мен по не­ор­га­ни­че­ской химии, я по­чув­ство­вал, что от эк­за­ме­на­то­ра, из­вест­но­го про­фес­со­ра, силь­но пах­нет чес­но­ком. «О, он ра­бо­та­ет с про­из­вод­ны­ми тел­лу­ра!» — с ува­же­ни­ем по­ду­мал я и стал с ин­те­ре­сом при­ню­хи­вать­ся к за­па­ху столь ред­ко­го в то время эле­мен­та. Ка­ко­во же было мое разо­ча­ро­ва­ние, когда впо­след­ствии я узнал, что ни с тел­лу­ром, ни с се­ле­ном ува­жа­е­мый про­фес­сор ни­ко­гда в ла­бо­ра­то­рии дела не имел!»

Cчи­та­ет­ся, что чес­нок по­ле­зен. И не на­прас­но: в нем со­дер­жат­ся ле­ту­чие фи­тон­ци­ды, уни­что­жа­ю­щие воз­бу­ди­те­лей мно­гих бо­лез­ней. Но вряд ли кому при­ят­но раз­го­ва­ри­вать с че­ло­ве­ком, съев­шим хотя бы зубок этого рас­те­ния.

Hепри­ят­ный запах обу­слов­лен ле­ту­чим ди­ме­тил­се­ле­ни­дом — ор­га­ни­че­ским про­из­вод­ным се­ле­на, об­ра­зу­ю­щим­ся в пи­ще­ва­ри­тель­ном трак­те едока, но от­сут­ству­ю­щим в самом рас­те­нии. Ока­за­лось, что это ве­ще­ство не­при­ят­но не толь­ко че­ло­ве­ку, но и не­ко­то­рым жи­вот­ным, на­при­мер оле­ням. Тем самым оле­ням, ко­то­рые, (1), часто уни­что­жа­ют мо­ло­дые ле­со­по­сад­ки.

И на за­щи­ту мо­ло­дых по­бе­гов ду­гла­со­вой пихты, рост­ки ко­то­рой по­еда­ли олени, было ре­ше­но по­ста­вить чес­нок. Вер­нее, его запах. Для этого были со­зда­ны таб­лет­ки, со­дер­жа­щие селен и спо­соб­ные вы­сво­бож­дать его ма­лы­ми до­за­ми. Эти таб­лет­ки по­ме­ща­ли в лунки с рост­ка­ми пихты; корни де­рев­ца по­не­мно­гу по­гло­ща­ли селен, в ре­зуль­та­те чего игол­ки при­об­ре­та­ли сла­бый запах ди­ме­тил­се­ле­ни­да. Такая таб­лет­ка про­яв­ля­ла от­пу­ги­ва­ю­щее дей­ствие на про­тя­же­нии трех лет. А за это время пихта вы­рас­та­ла на­столь­ко, что ни­ка­кой олень ей ста­но­вил­ся не стра­шен.

При по­па­да­нии в ор­га­низм че­ло­ве­ка ни­чтож­ных ко­ли­честв со­еди­не­ний тел­лу­ра или се­ле­на вы­ды­ха­е­мый воз­дух и кожа на­дол­го при­об­ре­та­ют не­при­ят­ный запах чес­но­ка. От этого, в част­но­сти, силь­но стра­да­ли Вёллер и его со­труд­ни­ки, изу­чав­шие со­еди­не­ния тел­лу­ра. По­яв­лять­ся в об­ще­стве во время про­ве­де­ния этих ис­сле­до­ва­ний и даже много не­дель после их за­вер­ше­ния они по­про­сту не могли.

Oдин из ав­то­ров вспом­нил в связи с этим сле­ду­ю­щий слу­чай из своей био­гра­фии. «Сда­вая свой пер­вый уни­вер­си­тет­ский эк­за­мен по не­ор­га­ни­че­ской химии, я по­чув­ство­вал, что от эк­за­ме­на­то­ра, из­вест­но­го про­фес­со­ра, силь­но пах­нет чес­но­ком. «О, он ра­бо­та­ет с про­из­вод­ны­ми тел­лу­ра!» — с ува­же­ни­ем по­ду­мал я и стал с ин­те­ре­сом при­ню­хи­вать­ся к за­па­ху столь ред­ко­го в то время эле­мен­та. Ка­ко­во же было мое разо­ча­ро­ва­ние, когда впо­след­ствии я узнал, что ни с тел­лу­ром, ни с се­ле­ном ува­жа­е­мый про­фес­сор ни­ко­гда в ла­бо­ра­то­рии дела не имел!»

1. Ле­ген­да о том, что стра­ус за­ка­пы­ва­ет­ся го­ло­вой в песок в слу­чае вне­зап­ной опас­но­сти, за­ро­ди­лась еще во вре­ме­на Рим­ской Им­пе­рии. Со­глас­но рас­ска­зам тех вре­мен, стра­ус пря­чет го­ло­ву в песок для того, чтобы обез­опа­сить себя. Так он мень­ше бро­са­ет­ся в глаза со своей длин­ной шеей. Сквозь сто­ле­тия дошла к нам эта за­бав­ная фраза «За­ка­пы­вать го­ло­ву в песок».

2. Что же де­ла­ют стра­у­сы на самом деле, когда видят перед собой опас­ность?

3. Стра­у­сы — уни­каль­ные пер­на­тые. В связи с тем, что они могут, бегая, раз­го­нять­ся до ско­ро­сти в 70 ки­ло­мет­ров в час, они, в слу­чае воз­ник­но­ве­ния опас­но­сти, про­сто-на­про­сто убе­га­ют.

4. Если опас­ность не столь су­ще­ствен­ная, стра­ус, на самом деле, может дать се­рьез­ный отпор обид­чи­ку. Его лапы вме­сте с креп­ки­ми и длин­ны­ми ког­тя­ми яв­ля­ют­ся мощ­ным ору­жи­ем. Если же ис­точ­ник опас­но­сти на­хо­дит­ся не­да­ле­ко от стра­у­са, и опас­ность до­ста­точ­но се­рьез­на, а из­бе­жать ее нет воз­мож­но­сти, то стра­ус может про­сто упасть на землю и не ше­ве­лить­ся, при этом вы­тя­нув шею по земле, при­тво­рив­шись мерт­вым. К тому же цвет пе­рье­во­го по­кро­ва стра­у­са за­ме­ча­тель­но со­че­та­ет­ся с цве­том почвы.

5. Миф о том, что стра­у­сы за­ры­ва­ют го­ло­ву в песок, воз­ник вслед­ствие того, что стра­у­сы, на самом деле, про­сто на­кло­ня­ют­ся го­ле­вой к песку, чтобы съесть его, а не по­то­му, что они пря­чут в него го­ло­ву. Со­глас­но про­ве­ден­ным ис­сле­до­ва­ни­ям, счи­та­ет­ся, что песок они упо­треб­ля­ют для обес­пе­че­ния про­цес­са из­мель­че­ния жест­кой еды в своем же­луд­ке.

6. Го­ло­ву в песок стра­у­сы могут пря­тать и в том слу­чае, когда им до­ку­ча­ют па­ра­зи­ты. Как пра­ви­ло, го­ло­ву в песок они по­гру­жа­ют после ку­па­ния. Когда эти па­ра­зи­ты убе­га­ют и по­ги­ба­ют, то стра­ус с чув­ством вы­пол­нен­ной мис­сии встря­хи­ва­ет го­ло­вой и тря­сет телом.

1. Ле­ген­да о том, что стра­ус за­ка­пы­ва­ет­ся го­ло­вой в песок в слу­чае вне­зап­ной опас­но­сти, за­ро­ди­лась еще во вре­ме­на Рим­ской Им­пе­рии. Со­глас­но рас­ска­зам тех вре­мен, стра­ус пря­чет го­ло­ву в песок для того, чтобы обез­опа­сить себя. Так он мень­ше бро­са­ет­ся в глаза со своей длин­ной шеей. Сквозь сто­ле­тия дошла к нам эта за­бав­ная фраза «За­ка­пы­вать го­ло­ву в песок».

2. Что же де­ла­ют стра­у­сы на самом деле, когда видят перед собой опас­ность?

3. Стра­у­сы — уни­каль­ные пер­на­тые. В связи с тем, что они могут, бегая, раз­го­нять­ся до ско­ро­сти в 70 ки­ло­мет­ров в час, они, в слу­чае воз­ник­но­ве­ния опас­но­сти, про­сто-на­про­сто убе­га­ют.

4. Если опас­ность не столь су­ще­ствен­ная, стра­ус, на самом деле, может дать се­рьез­ный отпор обид­чи­ку. Его лапы вме­сте с креп­ки­ми и длин­ны­ми ког­тя­ми яв­ля­ют­ся мощ­ным ору­жи­ем. Если же ис­точ­ник опас­но­сти на­хо­дит­ся не­да­ле­ко от стра­у­са, и опас­ность до­ста­точ­но се­рьез­на, а из­бе­жать ее нет воз­мож­но­сти, то стра­ус может про­сто упасть на землю и не ше­ве­лить­ся, при этом вы­тя­нув шею по земле, при­тво­рив­шись мерт­вым. К тому же цвет пе­рье­во­го по­кро­ва стра­у­са за­ме­ча­тель­но со­че­та­ет­ся с цве­том почвы.

5. Миф о том, что стра­у­сы за­ры­ва­ют го­ло­ву в песок, воз­ник вслед­ствие того, что стра­у­сы, на самом деле, про­сто на­кло­ня­ют­ся го­ле­вой к песку, чтобы съесть его, а не по­то­му, что они пря­чут в него го­ло­ву. Со­глас­но про­ве­ден­ным ис­сле­до­ва­ни­ям, счи­та­ет­ся, что песок они упо­треб­ля­ют для обес­пе­че­ния про­цес­са из­мель­че­ния жест­кой еды в своем же­луд­ке.

6. Го­ло­ву в песок стра­у­сы могут пря­тать и в том слу­чае, когда им до­ку­ча­ют па­ра­зи­ты. Как пра­ви­ло, го­ло­ву в песок они по­гру­жа­ют после ку­па­ния. Когда эти па­ра­зи­ты убе­га­ют и по­ги­ба­ют, то стра­ус с чув­ством вы­пол­нен­ной мис­сии встря­хи­ва­ет го­ло­вой и тря­сет телом.

1. Эпоха ви­кин­гов на­ча­лась около 800 г. нашей эры и дли­лась 300 лет. Ви­кин­ги хо­ди­ли во мно­гие даль­ние земля, вклю­чал об­ла­сти Рос­сии н Се­вер­ной Аме­ри­ки. Мно­гие ви­кин­ги-смель­ча­ки пус­ка­лись в пла­ва­ние к не­из­вест­ным зем­лям Ат­лан­ти­ки — Ис­лан­дии, Гол­лан­дии и даже к Аме­ри­ке.

2. Скан­ди­на­вия, от­ку­да ви­кин­ги были родом, на­хо­ди­лась на земле, очень труд­ной для

об­ра­бот­ки, в кли­ма­те с дол­ги­ми хо­лод­ны­ми зи­ма­ми. Боль­шие семьи не в со­сто­я­ния были

про­кор­мить­ся скуд­ным уро­жа­ем, вот по­че­му ви­кин­ги вы­нуж­де­ны были ис­кать новые, луч­шие земли, при­год­ные для жизни.

3. Во­ен­ные ко­раб­ли ви­кин­гов, на­зы­ва­е­мые др­ак­ки­ра­ми, были длин­ны­ми, вме­щав­ши­ми до 80 че­ло­век. Они были быст­ры, ма­нев­рен­ны, удоб­ны для атак и дли­тель­ных по­хо­дов. Ко­раб­ли ви­кин­гов были не­глу­бо­ки, по­это­му легко пла­ва­ли вдоль рек и в устье.

4. Ви­кин­ги об­на­ру­жи­ли Ис­лан­дию впер­вые в 860 году, когда груп­па пу­те­ше­ствен­ни­ков сби­лась с пути. Ир­ланд­ские мо­на­хи, од­на­ко, по­бы­ва­ли там рань­ше на 65 лет.

5. Тор­гов­цы-ви­кин­ги ис­ка­ли зо­ло­то, се­реб­ро, спе­ции, щелка, укра­ше­ния и же­ле­зо, по­это­му они со­вер­ша­ли на­бе­ги на Фран­цию, Бри­та­нию и Ир­лан­дию. Они пла­ва­ли во­круг Ис­па­нии и в Сре­ди­зем­ном море. Ви­кин­ги хо­ди­ли по ве­ли­ким рус­ским рекам до Кас­пий­ско­го и Чёрного морей. Они также Пе­ре­сек­ли Ат­лан­ти­ку, до­плы­вая до Се­вер­ной Аме­ри­ки.

6. Ви­кин­ги пе­ре­во­зи­ли груз в спе­ци­аль­ных ко­раб­лях, на­зы­ва­е­мых кнор­ра­ми, ко­то­рые были вме­сти­тель­ней, чем др­ак­ки­ры, и в ос­нов­ном ис­поль­зо­ва­лись для при­бреж­ной тор­гов­ли. На ко­раб­лях не было кают. Чаще всего мат­ро­сы слали прямо на па­лу­бе, укры­ва­ясь зве­ри­ны­ми шку­ра­ми или на­кид­ка­ми, хотя иные ко­раб­ли имели на­ве­сы. В по­хо­де ви­кин­ги пи­та­лись коп­че­ной рыбой, вя­ле­ным мясом и ово­ща­ми. В хо­лод­ные зим­ние ме­ся­цы пла­вать было очень тя­же­ло.

7. У ко­раб­лей ви­кин­гов не было верх­ней па­лу­бы, груз по­ме­ша­ли прямо на пол в сред­ней части ко­раб­ля, между греб­цом, си­дев­шим на носу, и кор­мой.

8. С X века ви­кин­ги все реже со­вер­ша­ли на­бе­ги и пе­ре­ко­ва­ли мечи на орала. По­се­лив­шись в Ан­глии и на се­ве­ро-за­пад­ном по­бе­ре­жье Фран­ции, они стали тор­го­вать, вести хо­зяй­ство, спра­вед­ли­во вер­шить го­су­дар­ствен­ные дела.

1. Эпоха ви­кин­гов на­ча­лась около 800 г. нашей эры и дли­лась 300 лет. Ви­кин­ги хо­ди­ли во мно­гие даль­ние земля, вклю­чал об­ла­сти Рос­сии н Се­вер­ной Аме­ри­ки. Мно­гие ви­кин­ги-смель­ча­ки пус­ка­лись в пла­ва­ние к не­из­вест­ным зем­лям Ат­лан­ти­ки — Ис­лан­дии, Гол­лан­дии и даже к Аме­ри­ке.

2. Скан­ди­на­вия, от­ку­да ви­кин­ги были родом, на­хо­ди­лась на земле, очень труд­ной для

об­ра­бот­ки, в кли­ма­те с дол­ги­ми хо­лод­ны­ми зи­ма­ми. Боль­шие семьи не в со­сто­я­ния были

про­кор­мить­ся скуд­ным уро­жа­ем, вот по­че­му ви­кин­ги вы­нуж­де­ны были ис­кать новые, луч­шие земли, при­год­ные для жизни.

3. Во­ен­ные ко­раб­ли ви­кин­гов, на­зы­ва­е­мые др­ак­ки­ра­ми, были длин­ны­ми, вме­щав­ши­ми до 80 че­ло­век. Они были быст­ры, ма­нев­рен­ны, удоб­ны для атак и дли­тель­ных по­хо­дов. Ко­раб­ли ви­кин­гов были не­глу­бо­ки, по­это­му легко пла­ва­ли вдоль рек и в устье.

4. Ви­кин­ги об­на­ру­жи­ли Ис­лан­дию впер­вые в 860 году, когда груп­па пу­те­ше­ствен­ни­ков сби­лась с пути. Ир­ланд­ские мо­на­хи, од­на­ко, по­бы­ва­ли там рань­ше на 65 лет.

5. Тор­гов­цы-ви­кин­ги ис­ка­ли зо­ло­то, се­реб­ро, спе­ции, щелка, укра­ше­ния и же­ле­зо, по­это­му они со­вер­ша­ли на­бе­ги на Фран­цию, Бри­та­нию и Ир­лан­дию. Они пла­ва­ли во­круг Ис­па­нии и в Сре­ди­зем­ном море. Ви­кин­ги хо­ди­ли по ве­ли­ким рус­ским рекам до Кас­пий­ско­го и Чёрного морей. Они также Пе­ре­сек­ли Ат­лан­ти­ку, до­плы­вая до Се­вер­ной Аме­ри­ки.

6. Ви­кин­ги пе­ре­во­зи­ли груз в спе­ци­аль­ных ко­раб­лях, на­зы­ва­е­мых кнор­ра­ми, ко­то­рые были вме­сти­тель­ней, чем др­ак­ки­ры, и в ос­нов­ном ис­поль­зо­ва­лись для при­бреж­ной тор­гов­ли. На ко­раб­лях не было кают. Чаще всего мат­ро­сы слали прямо на па­лу­бе, укры­ва­ясь зве­ри­ны­ми шку­ра­ми или на­кид­ка­ми, хотя иные ко­раб­ли имели на­ве­сы. В по­хо­де ви­кин­ги пи­та­лись коп­че­ной рыбой, вя­ле­ным мясом и ово­ща­ми. В хо­лод­ные зим­ние ме­ся­цы пла­вать было очень тя­же­ло.

7. У ко­раб­лей ви­кин­гов не было верх­ней па­лу­бы, груз по­ме­ша­ли прямо на пол в сред­ней части ко­раб­ля, между греб­цом, си­дев­шим на носу, и кор­мой.

8. С X века ви­кин­ги все реже со­вер­ша­ли на­бе­ги и пе­ре­ко­ва­ли мечи на орала. По­се­лив­шись в Ан­глии и на се­ве­ро-за­пад­ном по­бе­ре­жье Фран­ции, они стали тор­го­вать, вести хо­зяй­ство, спра­вед­ли­во вер­шить го­су­дар­ствен­ные дела.

Роль рас­те­ний в мире огром­на, фак­ти­че­ски имен­но они под­дер­жи­ва­ют жизнь на пла­не­те. Рас­те­ния — ис­точ­ник кис­ло­ро­да, ко­то­рый жиз­нен­но не­об­хо­дим людям и жи­вот­ным, а также яв­ля­ет­ся не­за­ме­ни­мым хи­ми­че­ским эле­мен­том для мно­же­ства хи­ми­че­ских ре­ак­ций.

Рас­те­ние — ис­точ­ник жизни на Земле. Не будь на нашей пла­не­те зелёной лист­вы, не было бы ни­че­го, по­то­му что не было бы кис­ло­ро­да. Че­ло­ве­ку кис­ло­род не­об­хо­дим для ды­ха­ния и, сле­до­ва­тель­но, жиз­не­де­я­тель­но­сти. Живое рас­те­ние «вды­ха­ет», вби­ра­ет в себя уг­ле­кис­лый газ, а вы­де­ля­ет жи­ви­тель­ный кис­ло­род.

Зелёный цвет ли­стьям рас­те­ний дает со­дер­жа­ще­е­ся в них в боль­шом ко­ли­че­стве ве­ще­ство под на­зва­ни­ем «хло­ро­филл». Когда луч солн­ца па­да­ет на лист, хло­ро­филл по­гло­ща­ет все цвета сол­неч­но­го спек­тра, за ис­клю­че­ни­ем зелёного. Зелёный цвет от­ра­жа­ет­ся хло­ро­фил­лом, по­это­му глазу лист пред­став­ля­ет­ся зе­ле­ным. Как толь­ко уро­вень хло­ро­фил­ла в ли­стьях на­чи­на­ет па­дать или уга­са­ет со­всем (осе­нью и ран­ней зимой), цвет ме­ня­ет­ся на жел­тый, крас­ный и ста­но­вит­ся ко­рич­не­вым, когда лист уми­ра­ет.

Бла­го­да­ря хло­ро­фил­лу в рас­ти­тель­ных клет­ках ведётся огром­ное про­из­вод­ство раз­но­об­раз­ных пи­та­тель­ных ве­ществ, не­об­хо­ди­мых ор­га­низ­му че­ло­ве­ка, жи­вот­но­го, са­мо­му рас­те­нию. Эти ве­ще­ства — крах­мал, белок и сахар, из ко­то­рых, глав­ным об­ра­зом, и по­стро­е­но всё живое. Рас­ти­тель­ная фаб­ри­ка «ра­бо­та­ет» бес­пе­ре­бой­но, как толь­ко сол­неч­ный лучик ка­са­ет­ся по­верх­но­сти рас­те­ния. Ос­нов­ны­ми ви­да­ми «топ­ли­ва» для этой ра­бо­ты яв­ля­ют­ся вода и уг­ле­кис­ло­та, ко­то­рая все­гда в из­быт­ке на­хо­дит­ся в воз­ду­хе, ведь её вы­ды­ха­ют жи­вот­ные и люди.

Люди по­лу­ча­ют жи­ви­тель­ные ве­ще­ства бла­го­да­ря бес­ко­неч­но­му кру­го­во­ро­ту всего в при­ро­де: они едят рас­ти­тель­ную и жи­вот­ную пищу, ко­то­рая бо­га­та ве­ще­ства­ми, вы­ра­ба­ты­ва­е­мы­ми «зелёной фаб­ри­кой». Люди по­треб­ля­ют дикие рас­те­ния и про­дук­ты зем­ле­де­лия, едят жи­вот­ных, ко­то­рые сами по­гло­ща­ют рас­ти­тель­ную пишу. На­при­мер, ко­ро­ва ест летом соч­ную траву, а зимой — сухое сено, даёт мо­ло­ко, ко­то­рое пе­ре­ра­ба­ты­ва­ет­ся в раз­но­об­раз­ные по­лез­ные про­дук­ты: сме­та­ну, слив­ки, масло, тво­рог.

Осо­бен­но мо­лоч­ная еда по­лез­на под­рас­та­ю­щим ма­лы­шам, ко­то­рые по­лу­ча­ют из него каль­ций и дру­гие по­лез­ные ве­ще­ства для раз­ви­тия и роста.

Роль рас­те­ний в мире огром­на, фак­ти­че­ски имен­но они под­дер­жи­ва­ют жизнь на пла­не­те. Рас­те­ния — ис­точ­ник кис­ло­ро­да, ко­то­рый жиз­нен­но не­об­хо­дим людям и жи­вот­ным, а также яв­ля­ет­ся не­за­ме­ни­мым хи­ми­че­ским эле­мен­том для мно­же­ства хи­ми­че­ских ре­ак­ций.

Рас­те­ние — ис­точ­ник жизни на Земле. Не будь на нашей пла­не­те зелёной лист­вы, не было бы ни­че­го, по­то­му что не было бы кис­ло­ро­да. Че­ло­ве­ку кис­ло­род не­об­хо­дим для ды­ха­ния и, сле­до­ва­тель­но, жиз­не­де­я­тель­но­сти. Живое рас­те­ние «вды­ха­ет», вби­ра­ет в себя уг­ле­кис­лый газ, а вы­де­ля­ет жи­ви­тель­ный кис­ло­род.

Зелёный цвет ли­стьям рас­те­ний дает со­дер­жа­ще­е­ся в них в боль­шом ко­ли­че­стве ве­ще­ство под на­зва­ни­ем «хло­ро­филл». Когда луч солн­ца па­да­ет на лист, хло­ро­филл по­гло­ща­ет все цвета сол­неч­но­го спек­тра, за ис­клю­че­ни­ем зелёного. Зелёный цвет от­ра­жа­ет­ся хло­ро­фил­лом, по­это­му глазу лист пред­став­ля­ет­ся зе­ле­ным. Как толь­ко уро­вень хло­ро­фил­ла в ли­стьях на­чи­на­ет па­дать или уга­са­ет со­всем (осе­нью и ран­ней зимой), цвет ме­ня­ет­ся на жел­тый, крас­ный и ста­но­вит­ся ко­рич­не­вым, когда лист уми­ра­ет.

Бла­го­да­ря хло­ро­фил­лу в рас­ти­тель­ных клет­ках ведётся огром­ное про­из­вод­ство раз­но­об­раз­ных пи­та­тель­ных ве­ществ, не­об­хо­ди­мых ор­га­низ­му че­ло­ве­ка, жи­вот­но­го, са­мо­му рас­те­нию. Эти ве­ще­ства — крах­мал, белок и сахар, из ко­то­рых, глав­ным об­ра­зом, и по­стро­е­но всё живое. Рас­ти­тель­ная фаб­ри­ка «ра­бо­та­ет» бес­пе­ре­бой­но, как толь­ко сол­неч­ный лучик ка­са­ет­ся по­верх­но­сти рас­те­ния. Ос­нов­ны­ми ви­да­ми «топ­ли­ва» для этой ра­бо­ты яв­ля­ют­ся вода и уг­ле­кис­ло­та, ко­то­рая все­гда в из­быт­ке на­хо­дит­ся в воз­ду­хе, ведь её вы­ды­ха­ют жи­вот­ные и люди.

Люди по­лу­ча­ют жи­ви­тель­ные ве­ще­ства бла­го­да­ря бес­ко­неч­но­му кру­го­во­ро­ту всего в при­ро­де: они едят рас­ти­тель­ную и жи­вот­ную пищу, ко­то­рая бо­га­та ве­ще­ства­ми, вы­ра­ба­ты­ва­е­мы­ми «зелёной фаб­ри­кой». Люди по­треб­ля­ют дикие рас­те­ния и про­дук­ты зем­ле­де­лия, едят жи­вот­ных, ко­то­рые сами по­гло­ща­ют рас­ти­тель­ную пишу. На­при­мер, ко­ро­ва ест летом соч­ную траву, а зимой — сухое сено, даёт мо­ло­ко, ко­то­рое пе­ре­ра­ба­ты­ва­ет­ся в раз­но­об­раз­ные по­лез­ные про­дук­ты: сме­та­ну, слив­ки, масло, тво­рог.

Осо­бен­но мо­лоч­ная еда по­лез­на под­рас­та­ю­щим ма­лы­шам, ко­то­рые по­лу­ча­ют из него каль­ций и дру­гие по­лез­ные ве­ще­ства для раз­ви­тия и роста.

Мы пом­ним, в от­ли­чие от Зо­луш­ки, что в пол­ночь ей нужно было вер­нуть­ся домой из ко­ро­лев­ско­го двор­ца. Осо­знав, что без­на­деж­но опоз­да­ла, ге­ро­и­ня зна­ме­ни­той сказ­ки бежит в хру­сталь­ных ту­фель­ках вниз по длин­ной лест­ни­це. Фи­зи­ки из ин­сти­ту­та Ле­сте­ра (Ве­ли­ко­бри­та­ния) вы­яс­ни­ли, может ли Зо­луш­ка уйти, не по­вре­див свою хруп­кую обувь.

Ил­лю­стра­то­ры обыч­но «снаб­жа­ют» Зо­луш­ку ту­фель­ка­ми на вы­со­ких каб­луч­ках, в ко­то­рых сто­ять, хо­дить и бе­жать не­под­го­тов­лен­ной леди край­не не­удоб­но. К тому же, ту­фель­ки, как из­вест­но, хру­сталь­ные, а зна­чит, тон­кий каб­лук не­пре­мен­но рас­ко­лет­ся от ин­тен­сив­но­го дав­ле­ния при быст­ром беге.

Срав­нив и сов­ме­стив фи­зи­че­ские свой­ства ти­пич­ной ту­фель­ки из хру­ста­ля и при­мер­ные фи­зи­че­ские дан­ные Зо­луш­ки (около 55 кг веса и 36-й раз­мер обуви), уче­ные опре­де­ли­ли дав­ле­ние, ко­то­рое ока­зы­ва­ют нога де­вуш­ки на хру­сталь в со­сто­я­нии покоя и при дви­же­нии.

Ока­за­лось, что обувь из хру­ста­ля может су­ще­ство­вать, но хо­дить в ней сле­ду­ет очень ак­ку­рат­но: ноги Зо­луш­ки сжи­ма­ет стек­ло с силой 28,5 ки­ло­пас­каль. Хру­сталь же может вы­дер­жать дав­ле­ние в 330 ме­га­пас­каль. Но такая раз­ни­ца никак не по­мо­жет ре­шив­шей про­бе­жать­ся ска­зоч­ной де­вуш­ке: пло­щадь, на ко­то­рую давят ее ноги во время ходь­бы, при беге умень­шит­ся в не­сколь­ко сотен раз, и каб­лук рас­ко­лет­ся.

Таким об­ра­зом, для удоб­ства бе­го­вых упраж­не­ний и со­хран­но­сти по­те­рян­ной ту­фель­ки каб­лу­чок хру­сталь­ной обуви Зо­луш­ки не дол­жен пре­вы­шать 1,5 см. По­это­му при­укра­шен­ный ху­дож­ни­ка­ми облик ту­фе­лек, к со­жа­ле­нию, не со­от­вет­ству­ет дей­стви­тель­но­сти.

Мы пом­ним, в от­ли­чие от Зо­луш­ки, что в пол­ночь ей нужно было вер­нуть­ся домой из ко­ро­лев­ско­го двор­ца. Осо­знав, что без­на­деж­но опоз­да­ла, ге­ро­и­ня зна­ме­ни­той сказ­ки бежит в хру­сталь­ных ту­фель­ках вниз по длин­ной лест­ни­це. Фи­зи­ки из ин­сти­ту­та Ле­сте­ра (Ве­ли­ко­бри­та­ния) вы­яс­ни­ли, может ли Зо­луш­ка уйти, не по­вре­див свою хруп­кую обувь.

Ил­лю­стра­то­ры обыч­но «снаб­жа­ют» Зо­луш­ку ту­фель­ка­ми на вы­со­ких каб­луч­ках, в ко­то­рых сто­ять, хо­дить и бе­жать не­под­го­тов­лен­ной леди край­не не­удоб­но. К тому же, ту­фель­ки, как из­вест­но, хру­сталь­ные, а зна­чит, тон­кий каб­лук не­пре­мен­но рас­ко­лет­ся от ин­тен­сив­но­го дав­ле­ния при быст­ром беге.

Срав­нив и сов­ме­стив фи­зи­че­ские свой­ства ти­пич­ной ту­фель­ки из хру­ста­ля и при­мер­ные фи­зи­че­ские дан­ные Зо­луш­ки (около 55 кг веса и 36-й раз­мер обуви), уче­ные опре­де­ли­ли дав­ле­ние, ко­то­рое ока­зы­ва­ют нога де­вуш­ки на хру­сталь в со­сто­я­нии покоя и при дви­же­нии.

Ока­за­лось, что обувь из хру­ста­ля может су­ще­ство­вать, но хо­дить в ней сле­ду­ет очень ак­ку­рат­но: ноги Зо­луш­ки сжи­ма­ет стек­ло с силой 28,5 ки­ло­пас­каль. Хру­сталь же может вы­дер­жать дав­ле­ние в 330 ме­га­пас­каль. Но такая раз­ни­ца никак не по­мо­жет ре­шив­шей про­бе­жать­ся ска­зоч­ной де­вуш­ке: пло­щадь, на ко­то­рую давят ее ноги во время ходь­бы, при беге умень­шит­ся в не­сколь­ко сотен раз, и каб­лук рас­ко­лет­ся.

Таким об­ра­зом, для удоб­ства бе­го­вых упраж­не­ний и со­хран­но­сти по­те­рян­ной ту­фель­ки каб­лу­чок хру­сталь­ной обуви Зо­луш­ки не дол­жен пре­вы­шать 1,5 см. По­это­му при­укра­шен­ный ху­дож­ни­ка­ми облик ту­фе­лек, к со­жа­ле­нию, не со­от­вет­ству­ет дей­стви­тель­но­сти.

Долго уче­ные пы­та­лись всеми си­ла­ми предот­вра­тить об­ра­зо­ва­ние от­хо­дов. Но сей­час ак­цент сме­ща­ет­ся ско­рее в сто­ро­ну пра­виль­но­го их ис­поль­зо­ва­ния — ведь не­ко­то­рые от­хо­ды не­из­беж­но об­ра­зу­ют­ся. В первую оче­редь речь идет о сель­ско­хо­зяй­ствен­ной био­мас­се, то есть об ор­га­ни­ке, ко­то­рая оста­ет­ся, когда из рас­те­нии из­влек­ли то, ради чего их вы­рас­ти­ли. Ее, равно как и твер­дые бы­то­вые от­хо­ды, можно пре­вра­щать в самые раз­но­об­раз­ные хи­ми­че­ские про­дук­ты. Кста­ти, это прак­ти­че­ски все­гда муль­ти­дис­ци­пли­нар­ная за­да­ча, здесь нужны уси­лия хи­ми­ков, био­ло­гов и тех­но­ло­гов.

В от­хо­дах спря­тан огром­ный сы­рье­вой по­тен­ци­ал: каж­дый год их об­ра­зу­ет­ся сотни ме­га­тонн (Мт). Если ду­мать о нор­маль­ной био­эко­но­ми­ке, ос­но­ван­ной на от­хо­дах, то и про­дук­ты из них надо по­лу­чать круп­но­тон­наж­ные, то есть те, ко­то­рые удо­вле­тво­рят нужды про­мыш­лен­но­сти. В первую оче­редь это сма­зоч­ные ма­те­ри­а­лы, по­верх­ност­но-ак­тив­ные ве­ще­ства, мо­но­ме­ры для по­лу­че­ния пла­сти­ков и во­ло­кон, про­мыш­лен­ные рас­тво­ри­те­ли.

Твер­дые бы­то­вые от­хо­ды — кла­дезь по­лез­ных ве­ществ. Так, боль­шая их часть со­сто­ит из бу­ма­ги и ор­га­ни­че­ских от­хо­дов. Во­об­ще-то в мире до­ста­точ­но бу­маж­ных от­хо­дов, чтобы толь­ко из них каж­дый год по­лу­чать 65 Mт эта­но­ла. Кроме того, в твер­дых бы­то­вых от­хо­дах есть и дру­гие по­лез­ные ве­ще­ства, на­при­мер, по­ли­сти­рол и дру­гие пласт­мас­сы. Не­про­дан­ные или не­ис­поль­зо­ван­ные про­дук­ты пи­та­ния в раз­ви­тых стра­нах — еще один ис­точ­ник био­мас­сы.

Ур­ба­ни­за­ция про­ис­хо­дит так быст­ро, что, воз­мож­но, скоро бы­то­вые от­хо­ды вый­дут на пер­вый план и по объ­е­му, и по зна­чи­мо­сти. Эго осо­бен­но ве­ро­ят­но в эко­но­ми­че­ски раз­ви­ва­ю­щих­ся стра­нах, где в от­хо­дах выше со­дер­жа­ние ор­га­ни­че­ских ве­ществ. Кто еще не­дав­но мог бы по­ду­мать, что будет при­быль­но пе­ре­во­зить из Ита­лия в Рот­тер­дам морем до­маш­ние от­хо­ды, по 200000 тонн в год, чтобы по­лу­чать на гол­ланд­ских элек­тро­стан­ци­ях до­пол­ни­тель­ную мощ­ность?

Долго уче­ные пы­та­лись всеми си­ла­ми предот­вра­тить об­ра­зо­ва­ние от­хо­дов. Но сей­час ак­цент сме­ща­ет­ся ско­рее в сто­ро­ну пра­виль­но­го их ис­поль­зо­ва­ния — ведь не­ко­то­рые от­хо­ды не­из­беж­но об­ра­зу­ют­ся. В первую оче­редь речь идет о сель­ско­хо­зяй­ствен­ной био­мас­се, то есть об ор­га­ни­ке, ко­то­рая оста­ет­ся, когда из рас­те­нии из­влек­ли то, ради чего их вы­рас­ти­ли. Ее, равно как и твер­дые бы­то­вые от­хо­ды, можно пре­вра­щать в самые раз­но­об­раз­ные хи­ми­че­ские про­дук­ты. Кста­ти, это прак­ти­че­ски все­гда муль­ти­дис­ци­пли­нар­ная за­да­ча, здесь нужны уси­лия хи­ми­ков, био­ло­гов и тех­но­ло­гов.

В от­хо­дах спря­тан огром­ный сы­рье­вой по­тен­ци­ал: каж­дый год их об­ра­зу­ет­ся сотни ме­га­тонн (Мт). Если ду­мать о нор­маль­ной био­эко­но­ми­ке, ос­но­ван­ной на от­хо­дах, то и про­дук­ты из них надо по­лу­чать круп­но­тон­наж­ные, то есть те, ко­то­рые удо­вле­тво­рят нужды про­мыш­лен­но­сти. В первую оче­редь это сма­зоч­ные ма­те­ри­а­лы, по­верх­ност­но-ак­тив­ные ве­ще­ства, мо­но­ме­ры для по­лу­че­ния пла­сти­ков и во­ло­кон, про­мыш­лен­ные рас­тво­ри­те­ли.

Твер­дые бы­то­вые от­хо­ды — кла­дезь по­лез­ных ве­ществ. Так, боль­шая их часть со­сто­ит из бу­ма­ги и ор­га­ни­че­ских от­хо­дов. Во­об­ще-то в мире до­ста­точ­но бу­маж­ных от­хо­дов, чтобы толь­ко из них каж­дый год по­лу­чать 65 Mт эта­но­ла. Кроме того, в твер­дых бы­то­вых от­хо­дах есть и дру­гие по­лез­ные ве­ще­ства, на­при­мер, по­ли­сти­рол и дру­гие пласт­мас­сы. Не­про­дан­ные или не­ис­поль­зо­ван­ные про­дук­ты пи­та­ния в раз­ви­тых стра­нах — еще один ис­точ­ник био­мас­сы.

Ур­ба­ни­за­ция про­ис­хо­дит так быст­ро, что, воз­мож­но, скоро бы­то­вые от­хо­ды вый­дут на пер­вый план и по объ­е­му, и по зна­чи­мо­сти. Эго осо­бен­но ве­ро­ят­но в эко­но­ми­че­ски раз­ви­ва­ю­щих­ся стра­нах, где в от­хо­дах выше со­дер­жа­ние ор­га­ни­че­ских ве­ществ. Кто еще не­дав­но мог бы по­ду­мать, что будет при­быль­но пе­ре­во­зить из Ита­лия в Рот­тер­дам морем до­маш­ние от­хо­ды, по 200000 тонн в год, чтобы по­лу­чать на гол­ланд­ских элек­тро­стан­ци­ях до­пол­ни­тель­ную мощ­ность?

1. Че­ло­век — су­ще­ство кол­лек­тив­ное, что бы там ни го­во­ри­ли про сво­бо­ду лич­но­сти и твор­че­ский ин­ди­ви­ду­а­лизм. Не­об­хо­ди­мость опе­ра­тив­но­го и кор­рект­но­го об­ме­на ин­фор­ма­ци­ей за­ло­же­на при­ро­дой на фун­да­мен­таль­ном уров­не, на­чи­ная с про­стей­ших ор­га­низ­мов. И homo ни­ко­гда не стал бы пo-на­сто­я­ще­му sapiensom, если бы не его стрем­ле­ние как можно быст­рее и точ­нее пе­ре­дать наи­боль­ший объем дан­ных.

2. По­ста­вим себя на место во­е­на­чаль­ни­ка древ­но­сти. За спи­ной — боль­шой город с мир­ным на­се­ле­ни­ем и не­боль­шим гар­ни­зо­ном, ко­то­рый может либо прий­ти на вы­руч­ку как ре­зерв, либо стать ядром обо­ро­ны при осаде. Перед нами — огром­ная армия агрес­со­ра. Раз­бить его, в прин­ци­пе, можно, но в ре­аль­но­сти нужно хотя бы за­дер­жать врага на время, не­об­хо­ди­мое для под­го­тов­ки го­ро­да к осаде.

3. Речь идет, ко­неч­но же, о битве 490 года до н. э., раз­вер­нув­шей­ся на Ма­ра­фон­ской рав­ни­не в со­ро­ка двух с не­боль­шим ки­ло­мет­рах от Афин! Это сра­же­ние стало яркой стра­ни­цей не толь­ко ми­ро­вой ис­то­рии, но и в ис­то­рии раз­ви­тия средств связи. По ле­ген­де, из­ло­жен­ной Плу­тар­хом, после раз­гро­ма пер­сид­ской армии вой­ска­ми под пред­во­ди­тель­ством стра­те­га Миль­ти­а­да ря­до­вой воин Фи­лип­пид про­бе­жал 40 ки­ло­мет­ров, чтобы до­не­сти до афи­нян ра­дост­ную весть о по­бе­де.

4. Во­оду­шев­ля­ю­щий при­мер са­мо­от­вер­жен­но­сти до сих пор слу­жит ис­точ­ни­ком вдох­но­ве­ния для тысяч спортс­ме­нов, про­бе­га­ю­щих ма­ра­фон­скую ди­стан­цию в 42 ки­ло­мет­ра 195 мет­ров за два с не­боль­шим часа. Ми­ро­вой ре­корд ке­ний­ца, уста­нов­лен­ный 28 сен­тяб­ря 2014 года на Бер­лин­ском ма­ра­фо­не, со­став­ля­ет 2 часа 3 ми­ну­ты (без трех се­кунд). Од­на­ко на самом деле все было не так дра­ма­тич­но: Фи­лип­пид был не про­стым ря­до­вым сол­да­том, а луч­шим среди так на­зы­ва­е­мых «днев­ных гон­цов» — ге­ме­ро­дро­мов, про­фес­си­о­наль­ных пеших ку­рье­ров-ско­ро­хо­дов, не раз от­ли­чив­шим­ся в Олим­пий­ских играх.

1. Че­ло­век — су­ще­ство кол­лек­тив­ное, что бы там ни го­во­ри­ли про сво­бо­ду лич­но­сти и твор­че­ский ин­ди­ви­ду­а­лизм. Не­об­хо­ди­мость опе­ра­тив­но­го и кор­рект­но­го об­ме­на ин­фор­ма­ци­ей за­ло­же­на при­ро­дой на фун­да­мен­таль­ном уров­не, на­чи­ная с про­стей­ших ор­га­низ­мов. И homo ни­ко­гда не стал бы пo-на­сто­я­ще­му sapiensom, если бы не его стрем­ле­ние как можно быст­рее и точ­нее пе­ре­дать наи­боль­ший объем дан­ных.

2. По­ста­вим себя на место во­е­на­чаль­ни­ка древ­но­сти. За спи­ной — боль­шой город с мир­ным на­се­ле­ни­ем и не­боль­шим гар­ни­зо­ном, ко­то­рый может либо прий­ти на вы­руч­ку как ре­зерв, либо стать ядром обо­ро­ны при осаде. Перед нами — огром­ная армия агрес­со­ра. Раз­бить его, в прин­ци­пе, можно, но в ре­аль­но­сти нужно хотя бы за­дер­жать врага на время, не­об­хо­ди­мое для под­го­тов­ки го­ро­да к осаде.

3. Речь идет, ко­неч­но же, о битве 490 года до н. э., раз­вер­нув­шей­ся на Ма­ра­фон­ской рав­ни­не в со­ро­ка двух с не­боль­шим ки­ло­мет­рах от Афин! Это сра­же­ние стало яркой стра­ни­цей не толь­ко ми­ро­вой ис­то­рии, но и в ис­то­рии раз­ви­тия средств связи. По ле­ген­де, из­ло­жен­ной Плу­тар­хом, после раз­гро­ма пер­сид­ской армии вой­ска­ми под пред­во­ди­тель­ством стра­те­га Миль­ти­а­да ря­до­вой воин Фи­лип­пид про­бе­жал 40 ки­ло­мет­ров, чтобы до­не­сти до афи­нян ра­дост­ную весть о по­бе­де.

4. Во­оду­шев­ля­ю­щий при­мер са­мо­от­вер­жен­но­сти до сих пор слу­жит ис­точ­ни­ком вдох­но­ве­ния для тысяч спортс­ме­нов, про­бе­га­ю­щих ма­ра­фон­скую ди­стан­цию в 42 ки­ло­мет­ра 195 мет­ров за два с не­боль­шим часа. Ми­ро­вой ре­корд ке­ний­ца, уста­нов­лен­ный 28 сен­тяб­ря 2014 года на Бер­лин­ском ма­ра­фо­не, со­став­ля­ет 2 часа 3 ми­ну­ты (без трех се­кунд). Од­на­ко на самом деле все было не так дра­ма­тич­но: Фи­лип­пид был не про­стым ря­до­вым сол­да­том, а луч­шим среди так на­зы­ва­е­мых «днев­ных гон­цов» — ге­ме­ро­дро­мов, про­фес­си­о­наль­ных пеших ку­рье­ров-ско­ро­хо­дов, не раз от­ли­чив­шим­ся в Олим­пий­ских играх.

Где ис­то­ки зна­ме­ни­то­го ка­зах­ско­го го­сте­при­им­ства? Рас­ска­зы­ва­ют, что дав­ным-давно жил ста­рец, ко­то­рый при­ру­чил диких вер­блю­дов, ло­ша­дей, коров, овец и стал пер­вым ско­то­во­дом в ка­зах­ских сте­пях. Было у него три сына — вер­ные и на­деж­ные по­мощ­ни­ки отцу в любом деле. Когда при­шло время ему уми­рать, при­звал он к себе сы­но­вей и ска­зал:

— Остав­ляю вам все, что нажил своим тру­дом и умом. Раз­де­ли­те скот на че­ты­ре рав­ные части, возь­ми­те каж­дый по стаду и про­дол­жай­те с успе­хом дело отца. Жи­ви­те друж­но и учите добру свое потом­ство.

По­кло­ни­лись ему сы­но­вья, по­бла­го­да­ри­ли за дар, но пре­жде чем выйти из юрты, об­ра­ти­лись с во­про­сом:

— Не ослы­ша­лись ли мы, ро­ди­тель наш, и верно ли по­ня­ли твой наказ? Нас трое, а ты рас­по­ря­дил­ся раз­де­лить скот на че­ты­ре части. Кому ты остав­ля­ешь чет­вер­тую часть?

— Чет­вер­тую часть я остав­ляю на­ше­му гостю. Пусть вся­кий, кто нуж­да­ет­ся в пище и крове, кто по же­ла­нию или по нужде явит­ся в наше жи­ли­ще, най­дет у вас приют, ласку и обиль­ное уго­ще­ние. И если гость ваш из скром­но­сти ста­нет от­ка­зы­вать­ся от пищи и от питья, ска­жи­те ему, что ест и пьет свое, а не ваше, ибо в вашем со­сто­я­нии есть и его доля. Ми­но­ва­ли века, и мно­гое пе­ре­ме­ни­лось с тех пор. Но во все вре­ме­на, годы и дни кре­пок степ­ной обы­чай го­сте­при­им­ства. Кто бы ни зашел среди дня и ночи в жи­ли­ще ка­за­ха, каж­до­го ждут при­вет и почет, мир­ный отдых и щед­рое хле­бо­соль­ство и «қонақ асы» (пища гостя).

Где ис­то­ки зна­ме­ни­то­го ка­зах­ско­го го­сте­при­им­ства? Рас­ска­зы­ва­ют, что дав­ным-давно жил ста­рец, ко­то­рый при­ру­чил диких вер­блю­дов, ло­ша­дей, коров, овец и стал пер­вым ско­то­во­дом в ка­зах­ских сте­пях. Было у него три сына — вер­ные и на­деж­ные по­мощ­ни­ки отцу в любом деле. Когда при­шло время ему уми­рать, при­звал он к себе сы­но­вей и ска­зал:

— Остав­ляю вам все, что нажил своим тру­дом и умом. Раз­де­ли­те скот на че­ты­ре рав­ные части, возь­ми­те каж­дый по стаду и про­дол­жай­те с успе­хом дело отца. Жи­ви­те друж­но и учите добру свое потом­ство.

По­кло­ни­лись ему сы­но­вья, по­бла­го­да­ри­ли за дар, но пре­жде чем выйти из юрты, об­ра­ти­лись с во­про­сом:

— Не ослы­ша­лись ли мы, ро­ди­тель наш, и верно ли по­ня­ли твой наказ? Нас трое, а ты рас­по­ря­дил­ся раз­де­лить скот на че­ты­ре части. Кому ты остав­ля­ешь чет­вер­тую часть?

— Чет­вер­тую часть я остав­ляю на­ше­му гостю. Пусть вся­кий, кто нуж­да­ет­ся в пище и крове, кто по же­ла­нию или по нужде явит­ся в наше жи­ли­ще, най­дет у вас приют, ласку и обиль­ное уго­ще­ние. И если гость ваш из скром­но­сти ста­нет от­ка­зы­вать­ся от пищи и от питья, ска­жи­те ему, что ест и пьет свое, а не ваше, ибо в вашем со­сто­я­нии есть и его доля. Ми­но­ва­ли века, и мно­гое пе­ре­ме­ни­лось с тех пор. Но во все вре­ме­на, годы и дни кре­пок степ­ной обы­чай го­сте­при­им­ства. Кто бы ни зашел среди дня и ночи в жи­ли­ще ка­за­ха, каж­до­го ждут при­вет и почет, мир­ный отдых и щед­рое хле­бо­соль­ство и «қонақ асы» (пища гостя).

(1) Ox, да и тоск­ли­во же быв­ше­му фрон­то­ви­ку бро­дить по Кар­тун­ско­му бору. Какая-то земля здесь такая, что во­сем­на­дца­тый год со­хра­ня­ют­ся, лишь чуть об­ва­ли­лись, не то что по­ло­сы тран­шей, не то что ог­не­вые по­зи­ции пушек — но от­дель­ная стрел­ко­вая ячей­ка ма­лень­кая, где не­ве­до­мый сол­дат хо­ро­нил свое боль­шое тело в из­мыз­ган­ной ко­рот­кой ши­нель­ке. Брёвна с блин­даж­ных пе­ре­кры­тий за эти годы, ко­неч­но, рас­та­щи­ли, а ямы оста­лись ясные.

(2) Хоть в этом самом бору я не во­е­вал, а рядом, в стрел­ко­вых вой­сках, в таком же. Хожу от блин­да­жа к блин­да­жу, со­об­ра­жаю, где что могло быть, и вдруг у од­но­го блин­да­жа, у вы­хо­да, на­тал­ки­ва­юсь на ста­рое, во­сем­на­дцать лет ле­жа­лое, а и до тех во­сем­на­дца­ти уже от­слу­жив­шее ведро.

(3) Оно уж тогда было худое, в первую во­ен­ную зиму. Может из де­рев­ни сго­рев­шей под­хва­тил его со­об­ра­зи­тель­ный сол­да­тик да стен­ки ко дну ещё на конус смял и при­ла­дил его пе­ре­хо­дом от же­стя­ной печки в трубу. Вот в этом самом блин­да­же в ту тре­вож­ную зиму, дней де­вя­но­сто, а может сто пять­де­сят, когда фронт тут оста­но­вил­ся, гнало худое ведро через себя дым. Оно на­ка­ля­лось шибко, от него руки грели, и хлеб близ него под­ру­мя­ни­ва­ли. Сколь­ко дыму через себя ведро про­пу­сти­ло — столь­ко и мыс­лей не­вы­ска­зан­ных, писем не­на­пи­сан­ных от людей.

(4) А потом как-ни­будь утром, при весёлом сол­ныш­ке, бо­е­вой по­ря­док ме­ня­ли, блин­даж бро­са­ли, ко­ман­дир то­ро­пил свою ко­ман­ду — «ну! ну!» — ор­ди­на­рец печку по­ру­шил, втис­нул ее всю на ма­ши­ну, и ко­ле­на все, а ху­до­му ведру места не на­шлось. «Брось ты его, за­ра­зу! — стар­ши­на крик­нул. — Там дру­гое найдёшь!» Ехать было да­ле­ко, да и дело уж к весне по­во­ра­чи­ва­ло, по­сто­ял ор­ди­на­рец с худым вед­ром, вздох­нул — и опу­стил его у входа. И все за­сме­я­лись.

(5) С тех пор и брёвна с блин­да­жа со­дра­ли, и сто­лик — а худое вер­ное ведро так и оста­лось у сво­е­го блин­да­жа.

(6) Стою над ним, на­хлы­ну­ло. Ре­бя­та чи­стые, дру­зья фрон­то­вые! Чем были живы мы и на что на­де­я­лись, и самая друж­ба наша бес­ко­рыст­ная про­шло всё дымом, и ни­ко­гда уж боль­ше не слу­жить этому ржа­во­му, за­бы­то­му...

(1) Ox, да и тоск­ли­во же быв­ше­му фрон­то­ви­ку бро­дить по Кар­тун­ско­му бору. Какая-то земля здесь такая, что во­сем­на­дца­тый год со­хра­ня­ют­ся, лишь чуть об­ва­ли­лись, не то что по­ло­сы тран­шей, не то что ог­не­вые по­зи­ции пушек — но от­дель­ная стрел­ко­вая ячей­ка ма­лень­кая, где не­ве­до­мый сол­дат хо­ро­нил свое боль­шое тело в из­мыз­ган­ной ко­рот­кой ши­нель­ке. Брёвна с блин­даж­ных пе­ре­кры­тий за эти годы, ко­неч­но, рас­та­щи­ли, а ямы оста­лись ясные.

(2) Хоть в этом самом бору я не во­е­вал, а рядом, в стрел­ко­вых вой­сках, в таком же. Хожу от блин­да­жа к блин­да­жу, со­об­ра­жаю, где что могло быть, и вдруг у од­но­го блин­да­жа, у вы­хо­да, на­тал­ки­ва­юсь на ста­рое, во­сем­на­дцать лет ле­жа­лое, а и до тех во­сем­на­дца­ти уже от­слу­жив­шее ведро.

(3) Оно уж тогда было худое, в первую во­ен­ную зиму. Может из де­рев­ни сго­рев­шей под­хва­тил его со­об­ра­зи­тель­ный сол­да­тик да стен­ки ко дну ещё на конус смял и при­ла­дил его пе­ре­хо­дом от же­стя­ной печки в трубу. Вот в этом самом блин­да­же в ту тре­вож­ную зиму, дней де­вя­но­сто, а может сто пять­де­сят, когда фронт тут оста­но­вил­ся, гнало худое ведро через себя дым. Оно на­ка­ля­лось шибко, от него руки грели, и хлеб близ него под­ру­мя­ни­ва­ли. Сколь­ко дыму через себя ведро про­пу­сти­ло — столь­ко и мыс­лей не­вы­ска­зан­ных, писем не­на­пи­сан­ных от людей.

(4) А потом как-ни­будь утром, при весёлом сол­ныш­ке, бо­е­вой по­ря­док ме­ня­ли, блин­даж бро­са­ли, ко­ман­дир то­ро­пил свою ко­ман­ду — «ну! ну!» — ор­ди­на­рец печку по­ру­шил, втис­нул ее всю на ма­ши­ну, и ко­ле­на все, а ху­до­му ведру места не на­шлось. «Брось ты его, за­ра­зу! — стар­ши­на крик­нул. — Там дру­гое найдёшь!» Ехать было да­ле­ко, да и дело уж к весне по­во­ра­чи­ва­ло, по­сто­ял ор­ди­на­рец с худым вед­ром, вздох­нул — и опу­стил его у входа. И все за­сме­я­лись.

(5) С тех пор и брёвна с блин­да­жа со­дра­ли, и сто­лик — а худое вер­ное ведро так и оста­лось у сво­е­го блин­да­жа.

(6) Стою над ним, на­хлы­ну­ло. Ре­бя­та чи­стые, дру­зья фрон­то­вые! Чем были живы мы и на что на­де­я­лись, и самая друж­ба наша бес­ко­рыст­ная про­шло всё дымом, и ни­ко­гда уж боль­ше не слу­жить этому ржа­во­му, за­бы­то­му...

1. Хро­ни­че­ское не­до­сы­па­ние при­во­дит тело и ум к стра­да­ни­ям. По ста­ти­сти­ке, почти 40 про­цен­тов на­се­ле­ния спят мень­ше, чем по­ло­жен­ные семь часов. Как пра­ви­ло, имен­но сон при­но­сит­ся в жерт­ву об­ще­нию в со­ци­аль­ных сетях и про­смот­ру за­клю­чи­тель­но­го эпи­зо­да се­ри­а­ла.

2. По­че­му в сезон хо­ло­дов че­ло­век все время бо­ле­ет? Даже в жар­кие дни умуд­ря­ет­ся под­хва­тить ан­ги­ну? Оче­вид­но, что хро­ни­че­ская бо­лезнь по­се­ли­лась в теле из-за не­до­ста­точ­но­го ко­ли­че­ства сна. Ме­ди­цин­ские экс­пе­ри­мен­ты до­ка­зы­ва­ют, что люди с хро­ни­че­ским не­до­сы­па­ни­ем в пе­ри­од эпи­де­мий за­бо­ле­ва­ют в три раза чаще, чем те, кто не имеет жалоб на ка­че­ство сна.

3. Хро­ни­че­ское не­до­сы­па­ние может не­га­тив­но по­вли­ять на функ­ции ки­шеч­ни­ка или вы­звать из­жо­гу, а со вре­ме­нем это может транс­фор­ми­ро­вать­ся в син­дром вос­па­лен­но­го ки­шеч­ни­ка или бо­лезнь Крона. А это зна­чит, че­ло­век вы­нуж­ден ми­рить­ся с по­сто­ян­ны­ми бо­ля­ми и дис­ком­фор­том.

4. Не­до­сы­па­ние или ча­стые про­буж­де­ния по ночам про­во­ци­ру­ют и пси­хи­че­ские про­бле­мы. Как пра­ви­ло, на сле­ду­ю­щий день после бес­сон­ной ночи люди жа­лу­ют­ся на раз­дра­жи­тель­ность и пе­ре­па­ды на­стро­е­ния. К этому за­клю­че­нию при­ш­ла груп­па из­ра­иль­ских ис­сле­до­ва­те­лей, на­блю­дав­ших за па­ци­ен­та­ми кли­ник, стра­да­ю­щих от бес­сон­ни­цы.

5. В день после бес­сон­ной ночи сни­жа­ет­ся про­из­во­ди­тель­ность на ра­бо­чем месте. Вме­сте с тем, по­ми­мо уста­ло­сти, вя­ло­сти и раз­дра­жи­тель­но­сти, че­ло­ве­ка со­про­вож­да­ют го­лов­ные боли. Все эти симп­то­мы свя­за­ны друг с дру­гом, хотя учёные до сих пор не знают, по­че­му бес­сон­ни­ца про­во­ци­ру­ет при­сту­пы миг­ре­ни.

6. Ли­ше­ние сна про­во­ци­ру­ет на­ру­ше­ние функ­ций па­мя­ти. Го­лов­но­му мозгу не хва­та­ет вре­ме­ни на про­дук­тив­ный отдых. А это зна­чит, спо­соб­ность к об­ра­бот­ке новой ин­фор­ма­ции и за­по­ми­на­нию также сни­жа­ет­ся.

7. Если вы стали за­ме­чать, что глаза пе­ре­ста­ли хо­ро­шо фо­ку­си­ро­вать­ся на тек­сте при чте­нии, этому тоже может спо­соб­ство­вать пло­хое ка­че­ство сна. Чем доль­ше по ночам не спит че­ло­век, тем чаще его глаза вгля­ды­ва­ют­ся в тем­но­ту и по­лу­мрак. Это про­во­ци­ру­ет узость ви­де­ния, раз­дво­е­ние пред­ме­тов, гал­лю­ци­на­ции и дру­гие ви­зу­аль­ные ошиб­ки. Не бес­по­кой­тесь, вы не те­ря­е­те зре­ние, это по­пра­ви­мо. Об­за­ве­ди­тесь тем­ной по­вяз­кой и пе­ре­стань­те вгля­ды­вать­ся по ночам в тем­но­ту.

8. У людей с на­ру­ше­ни­ем ка­че­ства сна на­блю­да­ет­ся гор­мо­наль­ный дис­ба­ланс. Часто это свя­за­но с по­вы­ше­ни­ем ап­пе­ти­та (осо­бен­но в ве­чер­ние и ноч­ные часы). Кроме того, на­блю­да­ет­ся устой­чи­вая тяга к вы­со­ко­ка­ло­рий­ным про­дук­там и по­те­ря кон­тро­ля над им­пуль­са­ми.

1. Хро­ни­че­ское не­до­сы­па­ние при­во­дит тело и ум к стра­да­ни­ям. По ста­ти­сти­ке, почти 40 про­цен­тов на­се­ле­ния спят мень­ше, чем по­ло­жен­ные семь часов. Как пра­ви­ло, имен­но сон при­но­сит­ся в жерт­ву об­ще­нию в со­ци­аль­ных сетях и про­смот­ру за­клю­чи­тель­но­го эпи­зо­да се­ри­а­ла.

2. По­че­му в сезон хо­ло­дов че­ло­век все время бо­ле­ет? Даже в жар­кие дни умуд­ря­ет­ся под­хва­тить ан­ги­ну? Оче­вид­но, что хро­ни­че­ская бо­лезнь по­се­ли­лась в теле из-за не­до­ста­точ­но­го ко­ли­че­ства сна. Ме­ди­цин­ские экс­пе­ри­мен­ты до­ка­зы­ва­ют, что люди с хро­ни­че­ским не­до­сы­па­ни­ем в пе­ри­од эпи­де­мий за­бо­ле­ва­ют в три раза чаще, чем те, кто не имеет жалоб на ка­че­ство сна.

3. Хро­ни­че­ское не­до­сы­па­ние может не­га­тив­но по­вли­ять на функ­ции ки­шеч­ни­ка или вы­звать из­жо­гу, а со вре­ме­нем это может транс­фор­ми­ро­вать­ся в син­дром вос­па­лен­но­го ки­шеч­ни­ка или бо­лезнь Крона. А это зна­чит, че­ло­век вы­нуж­ден ми­рить­ся с по­сто­ян­ны­ми бо­ля­ми и дис­ком­фор­том.

4. Не­до­сы­па­ние или ча­стые про­буж­де­ния по ночам про­во­ци­ру­ют и пси­хи­че­ские про­бле­мы. Как пра­ви­ло, на сле­ду­ю­щий день после бес­сон­ной ночи люди жа­лу­ют­ся на раз­дра­жи­тель­ность и пе­ре­па­ды на­стро­е­ния. К этому за­клю­че­нию при­ш­ла груп­па из­ра­иль­ских ис­сле­до­ва­те­лей, на­блю­дав­ших за па­ци­ен­та­ми кли­ник, стра­да­ю­щих от бес­сон­ни­цы.

5. В день после бес­сон­ной ночи сни­жа­ет­ся про­из­во­ди­тель­ность на ра­бо­чем месте. Вме­сте с тем, по­ми­мо уста­ло­сти, вя­ло­сти и раз­дра­жи­тель­но­сти, че­ло­ве­ка со­про­вож­да­ют го­лов­ные боли. Все эти симп­то­мы свя­за­ны друг с дру­гом, хотя учёные до сих пор не знают, по­че­му бес­сон­ни­ца про­во­ци­ру­ет при­сту­пы миг­ре­ни.

6. Ли­ше­ние сна про­во­ци­ру­ет на­ру­ше­ние функ­ций па­мя­ти. Го­лов­но­му мозгу не хва­та­ет вре­ме­ни на про­дук­тив­ный отдых. А это зна­чит, спо­соб­ность к об­ра­бот­ке новой ин­фор­ма­ции и за­по­ми­на­нию также сни­жа­ет­ся.

7. Если вы стали за­ме­чать, что глаза пе­ре­ста­ли хо­ро­шо фо­ку­си­ро­вать­ся на тек­сте при чте­нии, этому тоже может спо­соб­ство­вать пло­хое ка­че­ство сна. Чем доль­ше по ночам не спит че­ло­век, тем чаще его глаза вгля­ды­ва­ют­ся в тем­но­ту и по­лу­мрак. Это про­во­ци­ру­ет узость ви­де­ния, раз­дво­е­ние пред­ме­тов, гал­лю­ци­на­ции и дру­гие ви­зу­аль­ные ошиб­ки. Не бес­по­кой­тесь, вы не те­ря­е­те зре­ние, это по­пра­ви­мо. Об­за­ве­ди­тесь тем­ной по­вяз­кой и пе­ре­стань­те вгля­ды­вать­ся по ночам в тем­но­ту.

8. У людей с на­ру­ше­ни­ем ка­че­ства сна на­блю­да­ет­ся гор­мо­наль­ный дис­ба­ланс. Часто это свя­за­но с по­вы­ше­ни­ем ап­пе­ти­та (осо­бен­но в ве­чер­ние и ноч­ные часы). Кроме того, на­блю­да­ет­ся устой­чи­вая тяга к вы­со­ко­ка­ло­рий­ным про­дук­там и по­те­ря кон­тро­ля над им­пуль­са­ми.

Один муж­чи­на по­те­рял ра­бо­ту. Через не­сколь­ко ме­ся­цев упор­ных по­ис­ков он узнал, что в мест­ном от­де­ле­нии ком­па­нии тре­бу­ют­ся убор­щи­ки, и пред­ло­жил свою кан­ди­да­ту­ру. Ди­рек­тор по пер­со­на­лу про­вел с ним со­бе­се­до­ва­ние и по­здра­вил, ска­зав: «Место за вами! Оставь­те мне, по­жа­луй­ста, свой e-mail для того, чтобы я мог со­об­щить вам день и время, когда вы долж­ны при­сту­пить к ра­бо­те». Муж­чи­на, сму­тив­шись, от­ве­тил, что у него нет e-mail-а; на что ди­рек­тор рас­стро­ен­но про­из­нес:

— Если у вас нет e-mail, вир­ту­аль­но вы не су­ще­ству­е­те, и мы не можем дать вам ра­бо­ту. Муж­чи­на ушел рас­стро­ен­ный, в кар­ма­не у него оста­ва­лась толь­ко ме­лочь. Он не­мно­го по­ду­мал и пошел на опто­вый овощ­ной рынок. Купил там 10 ки­ло­грам­мов по­ми­до­ров. И пошел от дома к дому, пред­ла­гая свой товар. Мень­ше чем за два часа он удво­ил свои день­ги. Он три­жды по­вто­рил эту опе­ра­цию, по­ужи­нал в ма­лень­ком ре­сто­ран­чи­ке и вер­нул­ся домой с теми же день­га­ми, с ко­то­ры­ми начал свой тор­го­вый день.

Он понял, что так смо­жет вы­жить, и каж­дый день вста­вал все рань­ше и воз­вра­щал­ся позд­нее. Так с по­мо­щью на­стой­чи­во­сти и удачи он сумел ку­пить ма­лень­кий гру­зо­ви­чок, ко­то­рый по­ме­нял со вре­ме­нем на боль­шой гру­зо­вик. Через три года у него уже был не­боль­шой транс­порт­ный парк. Через пять лет он стал хо­зя­и­ном одной из глав­ных дис­три­бью­тер­ских фирм по про­до­воль­ствен­ным то­ва­рам.

Один раз он при­ни­мал у себя стра­хо­во­го аген­та и тот, по за­вер­ше­нии бе­се­ды, по­про­сил у пред­при­ни­ма­те­ля его элек­трон­ный адрес, чтобы пе­ре­слать стра­хо­вой до­го­вор. Хо­зя­ин от­ве­тил, что e-mail у него нет, и агент ска­зал:

— Если вы смог­ли воз­ве­сти такую им­пе­рию без сво­е­го пред­ста­ви­тель­ства в Ин­тер­не­те, то я даже не могу себе пред­ста­вить, что было бы, если бы оно у вас было!

— Я был бы убор­щи­ком. Ра­бо­та­ю­щий на себя вы­иг­ры­ва­ет все­гда, нужно лишь не­мно­го удачи и море тер­пе­ния и тру­до­лю­бия.

Один муж­чи­на по­те­рял ра­бо­ту. Через не­сколь­ко ме­ся­цев упор­ных по­ис­ков он узнал, что в мест­ном от­де­ле­нии ком­па­нии тре­бу­ют­ся убор­щи­ки, и пред­ло­жил свою кан­ди­да­ту­ру. Ди­рек­тор по пер­со­на­лу про­вел с ним со­бе­се­до­ва­ние и по­здра­вил, ска­зав: «Место за вами! Оставь­те мне, по­жа­луй­ста, свой e-mail для того, чтобы я мог со­об­щить вам день и время, когда вы долж­ны при­сту­пить к ра­бо­те». Муж­чи­на, сму­тив­шись, от­ве­тил, что у него нет e-mail-а; на что ди­рек­тор рас­стро­ен­но про­из­нес:

— Если у вас нет e-mail, вир­ту­аль­но вы не су­ще­ству­е­те, и мы не можем дать вам ра­бо­ту. Муж­чи­на ушел рас­стро­ен­ный, в кар­ма­не у него оста­ва­лась толь­ко ме­лочь. Он не­мно­го по­ду­мал и пошел на опто­вый овощ­ной рынок. Купил там 10 ки­ло­грам­мов по­ми­до­ров. И пошел от дома к дому, пред­ла­гая свой товар. Мень­ше чем за два часа он удво­ил свои день­ги. Он три­жды по­вто­рил эту опе­ра­цию, по­ужи­нал в ма­лень­ком ре­сто­ран­чи­ке и вер­нул­ся домой с теми же день­га­ми, с ко­то­ры­ми начал свой тор­го­вый день.

Он понял, что так смо­жет вы­жить, и каж­дый день вста­вал все рань­ше и воз­вра­щал­ся позд­нее. Так с по­мо­щью на­стой­чи­во­сти и удачи он сумел ку­пить ма­лень­кий гру­зо­ви­чок, ко­то­рый по­ме­нял со вре­ме­нем на боль­шой гру­зо­вик. Через три года у него уже был не­боль­шой транс­порт­ный парк. Через пять лет он стал хо­зя­и­ном одной из глав­ных дис­три­бью­тер­ских фирм по про­до­воль­ствен­ным то­ва­рам.

Один раз он при­ни­мал у себя стра­хо­во­го аген­та и тот, по за­вер­ше­нии бе­се­ды, по­про­сил у пред­при­ни­ма­те­ля его элек­трон­ный адрес, чтобы пе­ре­слать стра­хо­вой до­го­вор. Хо­зя­ин от­ве­тил, что e-mail у него нет, и агент ска­зал:

— Если вы смог­ли воз­ве­сти такую им­пе­рию без сво­е­го пред­ста­ви­тель­ства в Ин­тер­не­те, то я даже не могу себе пред­ста­вить, что было бы, если бы оно у вас было!

— Я был бы убор­щи­ком. Ра­бо­та­ю­щий на себя вы­иг­ры­ва­ет все­гда, нужно лишь не­мно­го удачи и море тер­пе­ния и тру­до­лю­бия.

1. Ре­пор­таж со спор­тив­но­го со­стя­за­ния — ве­ду­щий жанр со­вре­мен­ной жур­на­ли­сти­ки, име­ю­щий бо­га­тей­шие тра­ди­ции в те­ле­ви­де­нии и ра­дио­ве­ща­нии, про­слав­лен­ный име­на­ми за­ме­ча­тель­ных ма­сте­ров спор­тив­ной жур­на­ли­сти­ки. В пе­ре­во­де с ла­тин­ско­го слово «reportare» озна­ча­ет «пе­ре­да­вать», «со­об­щать». В XIX веке на га­зет­ных по­ло­сах стали по­яв­лять­ся ма­те­ри­а­лы о ходе су­деб­ных за­се­да­ний, со­бра­ний раз­лич­ных об­ществ, ко­то­рые и стали на­зы­вать ре­пор­та­жа­ми.

2. Суть спор­тив­но­го ре­пор­та­жа — опи­са­ние не­по­сред­ствен­но про­ис­хо­дя­ще­го на месте со­бы­тий. Рас­сказ о про­ис­хо­дя­щем ком­мен­та­тор дол­жен уметь до­пол­нять дру­гой име­ю­щей к делу ин­фор­ма­ци­ей. Если го­во­рить, на­при­мер, о фут­бо­ле — самом рей­тин­го­вом виде спор­та — то про­ис­хо­дя­щее на иг­ро­вом поле дает пре­крас­ную воз­мож­ность для раз­но­об­раз­но­го и осмыс­лен­но­го со­еди­не­ния двух ос­нов­ных эле­мен­тов ре­пор­та­жа-опи­са­ния и до­пол­ни­тель­ной ин­фор­ма­ции.

3. Слу­ша­те­лям мало знать, на какой по­ло­ви­не поля в дан­ную ми­ну­ту на­хо­дит­ся мяч, кто кому его от­па­со­вал и куда бежит такой-то по­лу­за­щит­ник. Можно со­об­щить, сколь­ко че­ло­век на ста­ди­о­не, ка­ко­вы по­год­ные усло­вия, рас­ска­зать, какое место за­ни­ма­ют ко­ман­ды по тур­нир­ной таб­ли­це и как ска­жет­ся ре­зуль­тат матча в по­сле­ду­ю­щем. В то же время ре­пор­таж — не на­ни­зы­ва­ние ста­ти­сти­че­ских дан­ных, не сред­ство де­мон­стри­ро­ва­ния спор­тив­ной эру­ди­ции ком­мен­та­то­ра. Жур­на­лист обя­зан дать воз­мож­ность зри­те­лям со­пе­ре­жи­вать все мо­мен­ты матча.

4. Во время ре­пор­та­жа спор­тив­ный ком­мен­та­тор не имеет права де­мон­стри­ро­вать соб­ствен­ные сим­па­тии и ан­ти­па­тии. Он дол­жен пом­нить, что среди слу­ша­те­лей есть при­вер­жен­цы и той, и дру­гой ко­ман­ды, и тех, и дру­гих спортс­ме­нов. Даже если при­хо­дит­ся рас­ска­зы­вать о меж­ду­на­род­ных со­рев­но­ва­ни­ях, когда прак­ти­че­ски вся ауди­то­рия пе­ре­жи­ва­ет за свою на­ци­о­наль­ную ко­ман­ду, сле­ду­ет со­хра­нять объ­ек­тив­ность в оцен­ке вы­ступ­ле­ний.

5. В спор­тив­ном ре­пор­та­же под­час ат­мо­сфе­ра со­рев­но­ва­ний го­во­рит не мень­ше, чем самый ква­ли­фи­ци­ро­ван­ный ком­мен­та­рий. Когда гул три­бун бы­ва­ет вы­ра­зи­тель­нее слов, ком­мен­та­тор дол­жен сде­лать паузу. Рез­кий сви­сток судьи, воз­му­ще­ние бо­лель­щи­ков, на­пря­жен­ная ти­ши­на на спор­тив­ной пло­щад­ке — все это до­пол­ни­тель­ные сред­ства вы­ра­зи­тель­но­сти, ко­то­ры­ми нель­зя пре­не­бре­гать.

6. Про­бле­ма языка и стиля нигде не стоит так остро, как в спор­тив­ном ре­пор­та­же. Для спор­тив­но­го ком­мен­та­то­ра не под­хо­дит че­ре­с­чур эмо­ци­о­наль­ный язык бо­лель­щи­ков. В то же время опас­но зло­упо­треб­ле­ние спе­ци­фи­че­ским спор­тив­ным жар­го­ном.

1. Ре­пор­таж со спор­тив­но­го со­стя­за­ния — ве­ду­щий жанр со­вре­мен­ной жур­на­ли­сти­ки, име­ю­щий бо­га­тей­шие тра­ди­ции в те­ле­ви­де­нии и ра­дио­ве­ща­нии, про­слав­лен­ный име­на­ми за­ме­ча­тель­ных ма­сте­ров спор­тив­ной жур­на­ли­сти­ки. В пе­ре­во­де с ла­тин­ско­го слово «reportare» озна­ча­ет «пе­ре­да­вать», «со­об­щать». В XIX веке на га­зет­ных по­ло­сах стали по­яв­лять­ся ма­те­ри­а­лы о ходе су­деб­ных за­се­да­ний, со­бра­ний раз­лич­ных об­ществ, ко­то­рые и стали на­зы­вать ре­пор­та­жа­ми.

2. Суть спор­тив­но­го ре­пор­та­жа — опи­са­ние не­по­сред­ствен­но про­ис­хо­дя­ще­го на месте со­бы­тий. Рас­сказ о про­ис­хо­дя­щем ком­мен­та­тор дол­жен уметь до­пол­нять дру­гой име­ю­щей к делу ин­фор­ма­ци­ей. Если го­во­рить, на­при­мер, о фут­бо­ле — самом рей­тин­го­вом виде спор­та — то про­ис­хо­дя­щее на иг­ро­вом поле дает пре­крас­ную воз­мож­ность для раз­но­об­раз­но­го и осмыс­лен­но­го со­еди­не­ния двух ос­нов­ных эле­мен­тов ре­пор­та­жа-опи­са­ния и до­пол­ни­тель­ной ин­фор­ма­ции.

3. Слу­ша­те­лям мало знать, на какой по­ло­ви­не поля в дан­ную ми­ну­ту на­хо­дит­ся мяч, кто кому его от­па­со­вал и куда бежит такой-то по­лу­за­щит­ник. Можно со­об­щить, сколь­ко че­ло­век на ста­ди­о­не, ка­ко­вы по­год­ные усло­вия, рас­ска­зать, какое место за­ни­ма­ют ко­ман­ды по тур­нир­ной таб­ли­це и как ска­жет­ся ре­зуль­тат матча в по­сле­ду­ю­щем. В то же время ре­пор­таж — не на­ни­зы­ва­ние ста­ти­сти­че­ских дан­ных, не сред­ство де­мон­стри­ро­ва­ния спор­тив­ной эру­ди­ции ком­мен­та­то­ра. Жур­на­лист обя­зан дать воз­мож­ность зри­те­лям со­пе­ре­жи­вать все мо­мен­ты матча.

4. Во время ре­пор­та­жа спор­тив­ный ком­мен­та­тор не имеет права де­мон­стри­ро­вать соб­ствен­ные сим­па­тии и ан­ти­па­тии. Он дол­жен пом­нить, что среди слу­ша­те­лей есть при­вер­жен­цы и той, и дру­гой ко­ман­ды, и тех, и дру­гих спортс­ме­нов. Даже если при­хо­дит­ся рас­ска­зы­вать о меж­ду­на­род­ных со­рев­но­ва­ни­ях, когда прак­ти­че­ски вся ауди­то­рия пе­ре­жи­ва­ет за свою на­ци­о­наль­ную ко­ман­ду, сле­ду­ет со­хра­нять объ­ек­тив­ность в оцен­ке вы­ступ­ле­ний.

5. В спор­тив­ном ре­пор­та­же под­час ат­мо­сфе­ра со­рев­но­ва­ний го­во­рит не мень­ше, чем самый ква­ли­фи­ци­ро­ван­ный ком­мен­та­рий. Когда гул три­бун бы­ва­ет вы­ра­зи­тель­нее слов, ком­мен­та­тор дол­жен сде­лать паузу. Рез­кий сви­сток судьи, воз­му­ще­ние бо­лель­щи­ков, на­пря­жен­ная ти­ши­на на спор­тив­ной пло­щад­ке — все это до­пол­ни­тель­ные сред­ства вы­ра­зи­тель­но­сти, ко­то­ры­ми нель­зя пре­не­бре­гать.

6. Про­бле­ма языка и стиля нигде не стоит так остро, как в спор­тив­ном ре­пор­та­же. Для спор­тив­но­го ком­мен­та­то­ра не под­хо­дит че­ре­с­чур эмо­ци­о­наль­ный язык бо­лель­щи­ков. В то же время опас­но зло­упо­треб­ле­ние спе­ци­фи­че­ским спор­тив­ным жар­го­ном.

1. Древ­ний Китай по­да­рил миру много уди­ви­тель­ных вещей, на­при­мер, бу­ма­гу, порох, зон­тик и ком­пас. В том, что ка­са­ет­ся еды, ки­тай­цы тоже не от­ста­ют: их вли­я­ние про­сти­ра­ет­ся куда шире чая и па­ло­чек. Вот не­сколь­ко про­дук­тов, ко­то­рые по­яви­лись в Китае.

2. Не­со­мнен­но, япон­цы до­ве­ли блюдо из сырой рыбы и риса до со­вер­шен­ства, но идею они по­за­им­ство­ва­ли в Китае. За­дол­го до того, как ев­ро­пей­цы на­ча­ли за­ду­мы­вать­ся о све­же­сти рыбы, ази­а­ты уже со­хра­ня­ли ее, обо­ра­чи­вая при­го­тов­лен­ным рисом, ма­ри­нуя или про­пи­ты­вал со­усом. В ре­зуль­та­те рыба могла хра­нить­ся целый год. Так или иначе, а суши, как ни уди­ви­тель­но, все-таки воз­ник­ли имен­но здесь, а не в Япо­нии, как ду­ма­ет почти каж­дый.

3. Это бес­ко­неч­ный спор между ита­льян­ца­ми, ки­тай­ца­ми и ара­ба­ми: где же по­яви­лась лапша? Так или иначе, ар­хео­ло­ги об­на­ру­жи­ли миску вер­ми­ше­ли, сде­лан­ную че­ты­ре ты­ся­чи лет назад, имен­но в Китае. Это самый древ­ний ар­те­факт, на­по­ми­на­ю­щий спа­гет­ти. Древ­ние ма­ка­ро­ны были сде­ла­ны из пшена, что при­да­ва­ло им более плот­ную тек­сту­ру, чем у пше­нич­ных, и поз­во­ли­ло со­хра­нять­ся че­ты­ре ты­ся­чи лет.

4. Ки­тай­цы при­ду­ма­ли само слово «кет­чуп». Это на­зва­ние для фер­мен­ти­ро­ван­но­го рыб­но­го соуса, ко­то­рый был пе­ре­де­лан ев­ро­пей­ца­ми в то­мат­ный. Впер­вые соус при­вез­ли на Запад бри­тан­цы, они же и при­ду­ма­ли ис­поль­зо­вать по­ми­до­ры в ка­че­стве ос­нов­но­го ин­гре­ди­ен­та. Аме­ри­кан­цы до­ба­ви­ли уксус и сахар, а потом со­зда­ли ши­ро­ко­мас­штаб­ное про­из­вод­ство, ко­то­рое и сде­ла­ло этот про­дукт по­пу­ляр­ным по всему миру в де­вят­на­дца­том веке.

5. Киви. Эти ма­лень­кие мох­на­тые фрук­ты родом из Китая, как и пер­си­ки, апель­си­ны, личи и ре­вень. В дру­гие стра­ны киви на­ча­ли по­став­лять толь­ко в на­ча­ле два­дца­то­го века и на­зы­ва­ли его дол­гое время «ки­тай­ским кры­жов­ни­ком».

6. За­мо­ро­жен­ные де­сер­ты рас­про­стра­не­ны по всему миру, счи­та­ет­ся, что они воз­ник­ли в раз­ных стра­нах од­но­вре­мен­но. Древ­ние персы и рим­ля­не лю­би­ли аро­ма­ти­зи­ро­ван­ный лед. Впро­чем, ки­тай­цы на­ча­ли до­бав­лять ко льду мо­ло­ко буй­во­ли­цы, ко­ро­вы или козы, до­ба­вив в него муку и кам­фо­ру для аро­ма­та. Уди­ви­тель­но, ведь сей­час кам­фо­ру ис­поль­зу­ют для мазей при про­сту­де. Ви­ди­мо, де­серт был не­ве­ро­ят­но па­ху­чим.

1. Древ­ний Китай по­да­рил миру много уди­ви­тель­ных вещей, на­при­мер, бу­ма­гу, порох, зон­тик и ком­пас. В том, что ка­са­ет­ся еды, ки­тай­цы тоже не от­ста­ют: их вли­я­ние про­сти­ра­ет­ся куда шире чая и па­ло­чек. Вот не­сколь­ко про­дук­тов, ко­то­рые по­яви­лись в Китае.

2. Не­со­мнен­но, япон­цы до­ве­ли блюдо из сырой рыбы и риса до со­вер­шен­ства, но идею они по­за­им­ство­ва­ли в Китае. За­дол­го до того, как ев­ро­пей­цы на­ча­ли за­ду­мы­вать­ся о све­же­сти рыбы, ази­а­ты уже со­хра­ня­ли ее, обо­ра­чи­вая при­го­тов­лен­ным рисом, ма­ри­нуя или про­пи­ты­вал со­усом. В ре­зуль­та­те рыба могла хра­нить­ся целый год. Так или иначе, а суши, как ни уди­ви­тель­но, все-таки воз­ник­ли имен­но здесь, а не в Япо­нии, как ду­ма­ет почти каж­дый.

3. Это бес­ко­неч­ный спор между ита­льян­ца­ми, ки­тай­ца­ми и ара­ба­ми: где же по­яви­лась лапша? Так или иначе, ар­хео­ло­ги об­на­ру­жи­ли миску вер­ми­ше­ли, сде­лан­ную че­ты­ре ты­ся­чи лет назад, имен­но в Китае. Это самый древ­ний ар­те­факт, на­по­ми­на­ю­щий спа­гет­ти. Древ­ние ма­ка­ро­ны были сде­ла­ны из пшена, что при­да­ва­ло им более плот­ную тек­сту­ру, чем у пше­нич­ных, и поз­во­ли­ло со­хра­нять­ся че­ты­ре ты­ся­чи лет.

4. Ки­тай­цы при­ду­ма­ли само слово «кет­чуп». Это на­зва­ние для фер­мен­ти­ро­ван­но­го рыб­но­го соуса, ко­то­рый был пе­ре­де­лан ев­ро­пей­ца­ми в то­мат­ный. Впер­вые соус при­вез­ли на Запад бри­тан­цы, они же и при­ду­ма­ли ис­поль­зо­вать по­ми­до­ры в ка­че­стве ос­нов­но­го ин­гре­ди­ен­та. Аме­ри­кан­цы до­ба­ви­ли уксус и сахар, а потом со­зда­ли ши­ро­ко­мас­штаб­ное про­из­вод­ство, ко­то­рое и сде­ла­ло этот про­дукт по­пу­ляр­ным по всему миру в де­вят­на­дца­том веке.

5. Киви. Эти ма­лень­кие мох­на­тые фрук­ты родом из Китая, как и пер­си­ки, апель­си­ны, личи и ре­вень. В дру­гие стра­ны киви на­ча­ли по­став­лять толь­ко в на­ча­ле два­дца­то­го века и на­зы­ва­ли его дол­гое время «ки­тай­ским кры­жов­ни­ком».

6. За­мо­ро­жен­ные де­сер­ты рас­про­стра­не­ны по всему миру, счи­та­ет­ся, что они воз­ник­ли в раз­ных стра­нах од­но­вре­мен­но. Древ­ние персы и рим­ля­не лю­би­ли аро­ма­ти­зи­ро­ван­ный лед. Впро­чем, ки­тай­цы на­ча­ли до­бав­лять ко льду мо­ло­ко буй­во­ли­цы, ко­ро­вы или козы, до­ба­вив в него муку и кам­фо­ру для аро­ма­та. Уди­ви­тель­но, ведь сей­час кам­фо­ру ис­поль­зу­ют для мазей при про­сту­де. Ви­ди­мо, де­серт был не­ве­ро­ят­но па­ху­чим.

Так, 10 тысяч лет назад с кучи ли­стьев и веток, в луч­шем слу­чае за­вер­ну­тых в шкуры жи­вот­ных, на­чи­на­лась ис­то­рия раз­ви­тия мат­ра­са к кро­ва­ти. Эти пер­вые при­ми­тив­но обу­стро­ен­ные ле­жан­ки, слу­жи­ли не столь­ко ком­фор­ту сна пе­щер­ных людей, сколь­ко по­мо­га­ли, при­под­няв че­ло­ве­ка с земли, за­щи­щать­ся от хо­ло­да, грязи и опас­ных на­се­ко­мых.

Даже древ­ние егип­тя­не в 3400 г. до н. э. все еще спали на паль­мо­вых ли­стьях, ко­то­рые укла­ды­ва­лись в углах дома. Самая древ­няя кро­вать, сде­лан­ная из ве­ре­вок, при­над­ле­жит из­вест­но­му герою эпи­че­ской поэмы Го­ме­ра Одис­сею. По­доб­ные кро­ва­ти можно также уви­деть в на­ци­о­наль­ном ис­то­ри­че­ском музее Уэль­са. Пер­вые же кро­ва­ти, най­ден­ные в де­рев­нях на се­ве­ре Шот­лан­дии, от­но­сят­ся к пе­ри­о­ду 3200-2200 гг. до н. э., они пред­став­ля­ли собой ко­роб­ки не­мно­гим выше уров­ня земли, сде­лан­ные из камня с на­пол­ни­те­лем. Пер­вая же во­дя­ная кро­вать по­яви­лась в Пер­сии около 3600 лет назад. Она пред­став­ля­ла собой на­пол­нен­ные водой козьи шкуры. Позд­нее в рим­ских тер­мах также ис­поль­зо­ва­ли по­доб­ные во­дя­ные мат­ра­сы для рас­слаб­ля­ю­ще­го от­ды­ха по­се­ти­те­лей, что поз­во­ля­ло за­вле­кать боль­ше кли­ен­тов. Пре­иму­ще­ство при­под­ня­тых над полом кро­ва­тей пер­вы­ми оце­ни­ла элита еги­пет­ско­го об­ще­ства — фа­ра­о­ны и ца­ри­цы. Спать на вы­со­ких по­зо­ло­чен­ных кро­ва­тях из де­ре­ва было их при­ви­ле­ги­ей, под­чер­ки­ва­ю­щей вы­со­кое по­ло­же­ние власть иму­щих. Их кро­ва­ти де­ла­лись в виде рамы на нож­ках в виде лап жи­вот­но­го, на ко­то­рую на­тя­ги­ва­лись ко­жа­ные ремни на­по­до­бие со­вре­мен­ных ла­ме­лей. Позже по­доб­ные кро­ва­ти стали ис­поль­зо­вать по­все­мест­но, тем не менее, до ны­неш­не­го пред­став­ле­ния о ком­фор­те было все еще да­ле­ко — спали тогда без по­ду­шек или ис­поль­зо­ва­ли спе­ци­аль­ный под­го­лов­ник по­лу­ци­лин­дри­че­ской формы из камня, де­ре­ва или ме­тал­ла.

Тра­ди­ция же укра­шать кро­ва­ти родом из Гре­ции, Ас­си­рии и Пер­сии. _______ здесь кро­ва­ти на­ча­ли бо­га­то укра­шать­ся ин­кру­ста­ци­ей и ап­пли­ка­ци­ей из мела, пер­ла­мут­ра и сло­но­вой кости.

Кро­ва­ти в Рим­ской им­пе­рии пред­по­чи­та­ли де­лать та­ки­ми вы­со­ки­ми, чтобы под­ни­мать­ся на них при­хо­ди­лось в не­сколь­ко шагов. Рим­ские мат­ра­сы того пе­ри­о­да на­би­ва­лись ка­мы­шом, сеном, шер­стью или пе­рья­ми в более рос­кош­ных ва­ри­ан­тах. По­стель­ные при­над­леж­но­сти также де­ла­лись очень до­ро­ги­ми. Ис­поль­зо­ва­лись по­кры­ва­ла с бо­га­той вы­шив­кой зо­ло­том, ко­то­рые спа­да­ли рос­кош­ны­ми дра­пи­ров­ка­ми. Часто кро­ва­ти ста­ви­лись в спе­ци­аль­ные ниши. По­яв­ля­ет­ся раз­де­ле­ние кро­ва­тей по их на­зна­че­нию.

Так, 10 тысяч лет назад с кучи ли­стьев и веток, в луч­шем слу­чае за­вер­ну­тых в шкуры жи­вот­ных, на­чи­на­лась ис­то­рия раз­ви­тия мат­ра­са к кро­ва­ти. Эти пер­вые при­ми­тив­но обу­стро­ен­ные ле­жан­ки, слу­жи­ли не столь­ко ком­фор­ту сна пе­щер­ных людей, сколь­ко по­мо­га­ли, при­под­няв че­ло­ве­ка с земли, за­щи­щать­ся от хо­ло­да, грязи и опас­ных на­се­ко­мых.

Даже древ­ние егип­тя­не в 3400 г. до н. э. все еще спали на паль­мо­вых ли­стьях, ко­то­рые укла­ды­ва­лись в углах дома. Самая древ­няя кро­вать, сде­лан­ная из ве­ре­вок, при­над­ле­жит из­вест­но­му герою эпи­че­ской поэмы Го­ме­ра Одис­сею. По­доб­ные кро­ва­ти можно также уви­деть в на­ци­о­наль­ном ис­то­ри­че­ском музее Уэль­са. Пер­вые же кро­ва­ти, най­ден­ные в де­рев­нях на се­ве­ре Шот­лан­дии, от­но­сят­ся к пе­ри­о­ду 3200-2200 гг. до н. э., они пред­став­ля­ли собой ко­роб­ки не­мно­гим выше уров­ня земли, сде­лан­ные из камня с на­пол­ни­те­лем. Пер­вая же во­дя­ная кро­вать по­яви­лась в Пер­сии около 3600 лет назад. Она пред­став­ля­ла собой на­пол­нен­ные водой козьи шкуры. Позд­нее в рим­ских тер­мах также ис­поль­зо­ва­ли по­доб­ные во­дя­ные мат­ра­сы для рас­слаб­ля­ю­ще­го от­ды­ха по­се­ти­те­лей, что поз­во­ля­ло за­вле­кать боль­ше кли­ен­тов. Пре­иму­ще­ство при­под­ня­тых над полом кро­ва­тей пер­вы­ми оце­ни­ла элита еги­пет­ско­го об­ще­ства — фа­ра­о­ны и ца­ри­цы. Спать на вы­со­ких по­зо­ло­чен­ных кро­ва­тях из де­ре­ва было их при­ви­ле­ги­ей, под­чер­ки­ва­ю­щей вы­со­кое по­ло­же­ние власть иму­щих. Их кро­ва­ти де­ла­лись в виде рамы на нож­ках в виде лап жи­вот­но­го, на ко­то­рую на­тя­ги­ва­лись ко­жа­ные ремни на­по­до­бие со­вре­мен­ных ла­ме­лей. Позже по­доб­ные кро­ва­ти стали ис­поль­зо­вать по­все­мест­но, тем не менее, до ны­неш­не­го пред­став­ле­ния о ком­фор­те было все еще да­ле­ко — спали тогда без по­ду­шек или ис­поль­зо­ва­ли спе­ци­аль­ный под­го­лов­ник по­лу­ци­лин­дри­че­ской формы из камня, де­ре­ва или ме­тал­ла.

Тра­ди­ция же укра­шать кро­ва­ти родом из Гре­ции, Ас­си­рии и Пер­сии. _______ здесь кро­ва­ти на­ча­ли бо­га­то укра­шать­ся ин­кру­ста­ци­ей и ап­пли­ка­ци­ей из мела, пер­ла­мут­ра и сло­но­вой кости.

Кро­ва­ти в Рим­ской им­пе­рии пред­по­чи­та­ли де­лать та­ки­ми вы­со­ки­ми, чтобы под­ни­мать­ся на них при­хо­ди­лось в не­сколь­ко шагов. Рим­ские мат­ра­сы того пе­ри­о­да на­би­ва­лись ка­мы­шом, сеном, шер­стью или пе­рья­ми в более рос­кош­ных ва­ри­ан­тах. По­стель­ные при­над­леж­но­сти также де­ла­лись очень до­ро­ги­ми. Ис­поль­зо­ва­лись по­кры­ва­ла с бо­га­той вы­шив­кой зо­ло­том, ко­то­рые спа­да­ли рос­кош­ны­ми дра­пи­ров­ка­ми. Часто кро­ва­ти ста­ви­лись в спе­ци­аль­ные ниши. По­яв­ля­ет­ся раз­де­ле­ние кро­ва­тей по их на­зна­че­нию.